Мариэль. Наследница трона

Да и разве нельзя считать признанием в любви обещание пожертвовать ради меня жизнью?

- Признаюсь, я думала об этом прежде. И не вижу препятствий для нашего союза…

В этот момент за дальней колонной раздался громкий грохот. Мы вздрогнули.

Ну вот. Упавшая не понятно по какой причине ваза испортила такой момент. Хотя главное уже было сказано. Жан сделал мне предложение. Я его приняла. Оставалось соблюсти формальности.

- О, я так тронут Вашим согласием! Ваше высочество, клянусь…

- Оставьте клятвы для брачного алтаря, Жан.

Я тоже очень рада нашего уговору, - мягко улыбнулась, забирая у него свою ладонь. - А пока вынуждена откланяться.

Мужчина мне поклонился и не посмел задерживать. Я же направилась в свои покои намеренно мимо дальней колонны. Мне показалось, что видела там огромную тёмную тень… Неужели нас кто-то мог подслушивать?

Но ни единой живой души за колоннами я не обнаружила. Только осколки разбитой вазы. Хотя она никак не могла упасть сама по себе. Слишком массивная, слишком тяжёлая.

Да и чтобы свалить её с места случайно, нужно обладать немалыми габаритами. От моего, например случайного касания, она бы и не пошатнулась.

Хотя даже если нас с Жаном подслушивали, то ни о чём ужасном мы не говорили. Всё в рамках приличия. Первый поцелуй по моему плану у нас должен состояться после официального объявления о помолвке. Конечно, можно было бы подождать и до самого бракосочетания, но мне очень хотелось узнать, почувствую я ли хоть часть из того, что читала об этом в книгах.

И к слову, в правящей семье наследники вот вообще игнорировали вопросы целомудрия (мама мне по секрету рассказала, что с отцом они целовались задолго до свадебного обряда, а до неё девицы к нему разве что в очередь не становились). Так почему бы мне, единственной наследнице, не позволить себе такую малость?

Я была уверена, что Жан не станет трубить об этом на каждом углу. Он тоже понимает, какая ответственность ложится на его плечи вместе с моим статусом. И мне казалось, что он довольно смел и отважен, что готов нести её вместе со мной.

Прежде, ещё до встречи с ним, мама предупреждала меня, что молодые люди могут захотеть использовать меня и мои чувства для того, чтобы завладеть властью в стране. Только я никогда не была глупой. И не собиралась разрешать себе влюбляться до бракосочетания. Вот после него – пожалуйста. Почему бы не полюбить собственного мужа?

В идеале я хотела бы иметь такую же семью, как и у моих родителей.