Там, где горят Стожары

Кажется, ей будет что рассказать психологу…

****

Главная, она же единственная улица выселка впечатляла контрастом стилей и сочетанием несочетаемого.

Под ногами, вместо привычной плитки или на худой конец асфальта, — похрустывала мелкая щебёнка.

Вдоль дороги тянулись разномастные заборы — солидные, наглухо перекрывающие любопытным прохожим возможность хоть одним глазком взглянуть на жизнь хозяев; и совсем невысокие, за которыми, как на ладони, открывалось внутреннее обустройство двора. Вычурные кованые красавцы с острыми шпилями соседствовали со старенькими деревянными штакетниками; размалеванные сказочными птицами и фантастическими цветами ворота — с автоматическими подъемниками.

Спутниковые антенны на крышах и резные ставни на окнах, велосипед, небрежно брошенный у дерева и лоснящийся внедорожник в открытом настежь гараже.

Фруктовые деревья и кусты смородины, колючие заросли малины, ежевики, и ещё бог весть каких ягод. Кокетливые цветочные клумбы в палисадниках, плетистые розы, обвивающие стены домов, и — роскошные заросли лопуха!

Где-то играло радио, доносились обрывки разговоров, звон посуды, детский смех.

Квохтали куры, лениво брехали собаки, откормленные гусаки вразвалочку шлепали к речке.

Накануне вечером после утомительной дорожной тряски огромной удачей было уже то, что удалось поймать попутку, и дядька-водитель из местных довез хмурую замученную девицу до самого дома. Даже сумки помог выгрузить.

И денег не взял.

И с Ильиничной поздоровался.

Вежливо так. Со значением…

Бабка за какой-то бедой притащилась заранее и ждала «деточку» на пресловутой завалинке.

Хотя…ключ от хаты хранился как раз у старой ведьмы. Иначе пришлось бы…что?

Ломать дверь? Бегать по всему селу в поисках отмычки?

Да уж…

Ольга хмыкнула, представив эту картину.

Анька с Даринкой притихли и подозрительно покосились на тётку — не с них ли та насмехается?

Всю дорогу девочки наперебой болтали, спорили и умудрились вывалить на гостью кучу местных сплетен и страшилок. Большую часть из которых она пропустила мимо ушей, глазея по сторонам.

Как оказалось, Аня и Дарина были сестрами. Точнее, родными сестрами были их мамы.

— А мы эти… кузены, — гордо заявила младшая.

— Может, кузины?

— А, не важно! — кареглазое чудо увлеченно размахивало сорванным по пути ивовым прутиком, время от времени касаясь спутниц кончиками листьев.

В выселке жила бабушка Маша, мамина мама, «святая женщина» — елейным голоском выдала Анька, явно передразнивая кого-то из старших.