Там, где горят Стожары

Не столу — человеку!

Черная рубашка с длинными рукавами, — и это в жаркий день августа, впалые бледные щеки, тонкие плотно сжатые губы, упрямые складки между нахмуренных бровей и абсолютно гладкий череп.

Вот уж действительно…Кощей!

Он быстро просмотрел листы, отложил бумаги и только тогда поднял голову.

От цепкого взгляда глубоких темных глаз по спине пробежал холодок. Ольга зябко поежилась и, не дожидаясь приглашения, примостилась напротив в кресле для клиентов. Поджала ноги, расправила сарафан, надеясь спрятать дурацкие шлепанцы, достала из сумочки документы и… растерялась, не зная, с чего начать.

Тихо жужжал кондиционер. На стене тикали часы с ходиками. Стол темного дерева походил на неприступный бастион вражеской крепости.

Окна, занавешенные тяжелыми пурпурными шторами, не пропускали дневной свет и глушили звуки внешнего мира. Смущенно откашлявшись, она решилась.

— Мы говорили по телефону на прошлой неделе. Вы звонили по поводу…

— Да, — все так же сверля ее взглядом из-под насупленных бровей, перебил нотариус.

— Я помню…

Он внезапно встал и подошёл к двери.

— Татьяна Сергеевна, золотце, сделай-ка нам чаю. И…меня сейчас ни для кого нет.

Вернувшись на рабочее место, Кощей поправил и без того идеально сложенные бумаги, затем открыл футляр, извлек из него очки в тонкой золотой оправе, водрузил на нос и, глядя на Ольгу поверх стекол, заговорил.

— Ваша уважаемая бабушка Соломия Яковлевна обратилась ко мне незадолго до смерти с просьбой.

Во-первых, она пожелала оформить дарственную на имя своей единственной внучки. В обход родного сына. Во-вторых…

— Простите, — изумлённо перебила Ольга, — но у Соломии не было детей. Только племянник — мой отец.

Марк Семёнович вскинул бровь. Под ироничным взглядом нотариуса Ольга окончательно растерялась.

— С вашим батюшкой я имел честь учиться в одной школе. Хотя и помню его весьма смутно. Разница в возрасте, знаете ли. Когда я отплясывал выпускной вальс, он читал по слогам и штудировал букварь… Но, видите ли, Ольга Евгеньевна, специфика нашей…хм…провинции в том, что все всех знают если не лично, то заочно.

А уж в окрестных сёлах тем более. Ваш отец, несомненно, был единственным сыном Соломии Яковлевны. Следовательно, вы ее родная внучка.

Нотариус резко замолчал и, отбросив насмешливый тон, затревожился:

— Вам плохо? Таня, бегом сюда! — рявкнул он в коридор, — Нашатырь неси.