Там, где горят Стожары

Душевно даже…

Эх…

Соломия после того случая ругалась почём зря и веником по двору гоняла.

…человек ласково потрепал Серого за ухо.

Надо будет-таки куснуть нахала.

Но… потом, попозже.

Сейчас почему-то не хочется…

— Не фырчи, зверюга, я тебя не боюсь. Ты же не просто пёс, да? Уж не знаю, что за чудо такое, только слова мои понимаешь. Так вот слушай, вовкулаче. Я хоть и не ведьмак, но печенкой чую — не сегодня-завтра этот ее ушлепок объявится. Уже объявился, если те вонючие цветочки посчитать. И ведь девчонку, что их на кладбище притащила, ты не тронул! А букетик разорвал, как тузик грелку.

Серый возмущенно засопел и отвернулся, как большой обиженный щенок, которого в воспитательных целях ткнули мордой в лужу. Тот букет он и вправду разорвал в клочья, как только хозяйка с этим в сторону отошли.

Человек покачал головой.

Эдак снисходительно покачал.

С пониманием.

А потом вдруг зыркнул по сторонам, опустился на корточки и быстро зашептал, словно опасаясь, что его услышат.

— Я вот что думаю, Серый. Поговори со своими. Пусть за Олей присматривают. Она ведь наследница Соломии, так? А Соломия с вашими ладила, и помогала иногда. Пускай и они ее внучке помогут.

Серый крепко задумался, а задумавшись, утратил остатки напускной солидности и снова остервенело поскреб лапой ухо. Дельных мыслей от этого не прибавилось, зато усилилось сходство с той самой дворовой шавкой.

Блохастой.

Этому легко сказать — поговори…

Только кто ж его послушает?

Нелюди — каждый сам по себе.

Да и тогда забраться за выселок мало у кого духу хватит — не те нынче времена. Да и кого просить-то?

Лесных духов? Они слабы и трусливы. От железа и огня трясутся. Их и дитё малое шугануть может.

Есть, конечно, дальнее болото, но туда Лелькин поганец вряд ли потащится. хотя тамошние подсобили бы с радостью. Им лишь бы дармовая жратва — любого схарчат и не побрезгуют.

Ночница?

Эта поганка и говорить с людским выкормышем не станет.

На погост идти нельзя, мертвых тварей беспокоить — себе дороже. А жаль — вот кто бы того пустотника за пару глотков выпил и не подавился!

Только вот беда — старый чаклун мертвяков давненько приспал и тропы накрепко запечатал. И пусть оборотнику те печати на один зуб, но ссориться с Назаром нельзя. Ну как погонит с выселка, старый хрыч? С него станется.