Архимаг ее сердца

Покосился на паштет, и понял, что есть уже совершенно не хочется. Как отрезало.

- Она жива, ваше величество, жива и здорова. Но мы расстались. Понимаете, мало какой девушке понравится вот так жить, когда тебя хватают твари?

- Но в этом не было вашей вины, магистр Эльдор, - строго сказал король, - что ж вы, не могли это объяснить своей невесте? Если она вас поэтому оставила, то, простите, она глупа. Непроходимо глупа.

- Нет, - Мариус покачал головой, - она не глупа, нет. Это я… ее бросил, ваше величество.

- О которых мне знать вовсе необязательно, - закончил за него Флодрет, - что ж, надеюсь, у девушки не будет больше никаких неприятностей.

«Для нее сейчас я – одна сплошная неприятность», - подумал Мариус, а вслух поинтересовался:

- Как поживает бабочка вашей дочери?

Флодрет усмехнулся, подцепил с тарелки маленький пирожок.

- Просто прекрасно. Лучше всех, магистр. Радует одно: тварь хотя бы не растет. Порхает себе, жрет мясо. Леону ни разу не покусала.

«Это же Алечка ее вызвала, - он невольно улыбнулся, - разве могла моя добрая птичка вызвать что-то дурное или опасное?»

- Я собрался жениться, - вдруг сказал Флодрет.

- Поздравляю вас, ваше величество.

А сам подумал с легкой обидой: мне вы жениться не дали, и теперь вот моя Алечка так далеко. А вы женитесь. И как же напряженная обстановка в государстве?

- Энола… я говорил ей о том, что могу заключить брак по политическим соображениям, - продолжил король, - как думаете, могла она именно поэтому пытаться мной управлять?

Мариус пожал плечами.

- Все зависит от того, что вы обещали самой ниате Дампи, ваше величество. Я так думаю.

Флодрет отпил глоток кофе и просто сообщил:

- Я ничего не обещал ниате Дампи. Но, если бы мне пришлось жениться… в угоду государственным интересам, Энола ничего бы не потеряла. Я бы как-нибудь сделал бы ребенка королеве, и на этом бы наши отношения благополучно завершились.

- А ниата Дампи знала об этих ваших намерениях? – Мариус не стал прятать усмешку, - знала о том, что ничего для нее не изменится, и вы ее не отошлете прочь?

- Ниата Дампи, - тяжело произнес король, - умная женщина. Она понимала, что король не имеет права делать то, что удобно или хочется ему. Королю приходится действовать только в интересах государства – иначе это уже не король.