Академия хаоса. Когда рушатся стены

Почему мне не надо выходить за Родерика?

— Потому что я люблю тебя, — произнес Эммет так, словно это какая-то очевидная истина.

Его руки погладили мою спину, бирюзовые глаза пытливо заглянули в мои.

— Это не любовь, — покачала я головой, отстраняясь. — Ты испытываешь ко мне симпатию, влечение, и ты тоже нравишься мне Эммет, но мы ведь договорились остаться друзьями.

— У меня не выходит, — произнес он почти жалобно. — Я люблю тебя, Арья. Потому что иначе не могу это назвать. Мне нравится смотреть на тебя, поддразнивать, трогать.

Особенно трогать! И я просто с ума схожу, как хочу заняться с тобой любовью. Конечно, я себя контролирую, никакого срыва, не думай. Я бы мог оставаться где-то рядом, в тени, если бы видел, что ты счастлива с Адалхардом. Но я все думаю, что со мной тебе было бы лучше.

И я отчего-то вздрогнула от его слов и обхватила себя руками. Это так походило на речь Изергаста про настоящую любовь.

— Я люблю Родерика и очень счастлива с ним, — заявила я, вздернув подбородок и посмотрев Эммету прямо в глаза.

— Знаешь, лучше нам вообще не общаться какое-то время, пока у тебя это не пройдет.

— Он водит тебя на свидания? — сердито спросил Эммет. — Проводит с тобой время помимо постели? Разговаривает? Спрашивает, как прошел твой день и что ты ела на обед? Он даже не соизволил поехать с тобой в Адалхорт!

— Ты прекрасно знаешь, что он ездил по дворец, и знаешь — почему. Мы убили императора, Эммет. Родерик защитил нас.

— И за это ему большое спасибо, — кивнул он. — Но почему ты сделала это со мной, а не с ним? Мне все не дает покоя этот вопрос.

Ты рисковала жизнью, Арья, а он об этом даже не знал! Почему ты не обсудила с Адалхардом свои планы? Знает ли он вообще хоть что-нибудь о тебе?

— Уж побольше чем ты, — огрызнулась я.

— Ненамного, — ответил он, окинув меня потемневшим взглядом. — Дай мне с полчаса, и я все наверстаю.

— Знаешь, Эммет, я слишком долго щадила твои чувства, — выпалила я. — Но как выразиться еще яснее? Я люблю Родерика. Ты мне как брат.

— Я помню тот поцелуй на мой день рождения, — кивнул он.

— Сестренка. Ты хоть сама понимаешь, что если бы не Адалхард, то ты была бы со мной?

— Я бы стала путницей, если бы не он, — возразила я. — Или запечаталась. О чем мы вообще спорим? Как будто сейчас на меня вдруг снизойдет озарение: ой, Эммет говорит, что Родерик мне не пара, а он ведь не может ошибаться…

— Могу, конечно, — сказал он спокойнее. — Но и ты можешь ошибаться, Арья. Ты не сказала ему про то, что хочешь убить императора.