Отбор по драконовым законам, или Случайная невеста

Амелия, дожидавшаяся подруг в коридоре, жизнерадостно поприветствовала их, но ее бледное лицо тоже наводило на мысль о беспокойном сне и волнении.

— У меня подкашиваются ноги, — проблеяла Луриана, когда они подходили к покоям обер-гофмайстерины.

— И даже не думайте падать в обморок! — строго шепнула ей Ива. — Платье голубое, пол грязный, а падать в обморок изящно надо тоже уметь.

Графиня жалобно кивнула и крепко вцепилась в руку Ивы.

Войдя в апартаменты маркизы, подруги сухо поздоровались с другими девушками.

— Неужели сегодня даже без опозданий, ваше сиятельство и ваша милость? — фальшиво участливо осведомилась виконтесса Фингрим.

Раздалось хихиканье подпевал. Сегодня вокруг блондинки уже снова копошилась стая доверенных куриц, жадно ищущих в глазах кумира одобрения и похвалы. Худощавая рыженькая девушка, графиня Ле Круа, сломавшая вчера за завтраком зуб, улыбнулась робко и неуверенно. Она всячески пыталась пробиться в ближний круг Анет, маячила за спинами других девушек, но ее равнодушно оттирали.

Господи, неужели беззубка простила унижение, которому ее вчера на балу подвергла блондинка, подумала Ива. Или на пути к успеху рыженькая готова с ним мириться? Тем обидней будет потом. М-да, яркая иллюстрация тщетности человеческих надежд. Хотя… Вот будет смешно, подумала Ива, если они с Лурианой срежутся, а виконтесса Фингрим пройдет в финал. Бедный Бреннен. Хотя вот пусть и расхлебывает кашу, которую заварил, усмехнулась она.

— Вы слышите, ваше сиятельство, — проигнорировав слова блондинки, обратилась к Амелии Ива, — как будто где-то лягушки квакают?

— Да, у них сейчас брачный сезон начинается, — давясь от смеха, ответила Амелия.

— Как начнут рты разевать, так уже не остановишь.

— Вот и мне что-то чудится, — развела руками Ива. — Тут где-то рядом точно болото с квакушками.

Краем глаза она заметила, с какой ненавистью ее сверлит блондинка. Виконтесса пробежала взглядом с носков туфелек Ивы до ее груди, тут ее глаза задержались на секунду и вспыхнули злорадством.

— Доброе утро, дамы! Грхр-мхр! — провозгласила маркиза, вплывая в зал из смежной комнаты.

Сегодня обер-гофмайстерина была затянута в кофейного цвета платье. На шее висела низка крупного жемчуга.

— Так радуется, словно нас всех сегодня хоронить будут. Заживо, — шепнула Амелия на ухо Иве, и та прикрыла улыбку веером.

— Ваше сиятельство! — вдруг подскочила к маркизе блондинка. — У меня есть к вам короткий личный разговор.