Отбор по драконовым законам, или Случайная невеста

— Вы, ваша милость!

Ива обреченно шагнула вперед, с трудом отклеив от себя поэтессу.

Маркиза поднесла к глазам лорнет и повела магияуловителем вдоль тела Ивы под барабанную дробь сердца девушки. Иве даже показалось, что стены комнаты вибрируют в такт ему.

Когда «удочка» дошла до броши на груди Ивы, металлический диск закрутился и загорелся тусклым голубым светом.

— Так! — с мрачным удовлетворением произнесла обер-гофмайстерина. — Слова виконтессы Фингрим подтверждаются.

Ну конечно! Вот о чем та накляузничала! Но как поняла?

Словно в ответ на недоуменный взгляд Ивы, маркиза пояснила:

— У виконтессы дядя — придворный артефактор-ювелир.

И она сразу признала в этой работе его руку.

Вот сейчас Иве захотелось не только разрезать Бреннена, но и совершить другие жестокие манипуляции. Кровь предков-стрельцов в ней потребовала четвертования, сожжения и последующего развеивания августейшего праха над какой-нибудь площадью. Желательно, с Лобным местом и видом на Спасскую башню.

— Попрошу вас! — маркиза требовательно протянула руку, и девушке, покрасневшей от стыда и гнева, пришлось отдать брошь.

— Это случайность! — пролепетала Луриана, и Иве захотелось треснуть и поэтессу по лбу.

— Брошь случайно прикололась на грудь виконтессе? Грхр-мр!

— Она могла не знать, что эта брошь магическая! — продолжила защищать Иву бледная, как молоко, графиня. Сейчас она напоминала мышь, храбро пищащую на кошку.

— Так, дамы! — вперила в подруг пронзительный взгляд олорнеченных глаз маркиза. — Ваш триумвират начинает вызывать во мне все больше и больше подозрений.

Попрошу вас, ваше сиятельство, выйти вперед! Проверю на всякий случай и вас!

Луриана покачнулась, как ивовая ветка, колеблемая ветром, помертвела, ее ноги подкосились, после чего бедняжка стала оседать на пол. Амелия и Ива едва успели подхватить поэтессу, чтобы та не поцеловала носом желто-зеленый коврик.

— Ах ты господи! — воскликнула маркиза.

Втроем они доволокли кажущуюся невесомой, но оказавшуюся тяжелой графиню до кресла. Амелия растирала Луриане руки, Ива махала веером.

Маркиза достала пузырек, поводила под носом потерявшей сознание, после чего та вздрогнула и резко пришла в себя.

— Лучше добровольно отдайте артефакт! — строго произнесла маркиза, закупоривая склянку.

У Лурианы из глаз потекли слезы. Она всхлипнула, просунула руку в карман и без возражений отдала «Слезы моря» обер-гофмайстерине. Ива, внимательно наблюдающая за маркизой, увидела, как у той округлились глаза и дрогнула рука.