Невеста вне отбора

Поэтому попрошу своих друзей нас защитить!

Мадди ничего не успела спросить, как увидела результат «просьбы» — кусты зашевелились и немного раздвинулись.

— Нам туда. Пройдем по узкой тропинке, по теньку. И никто нас не увидит.

— А откуда там тропинка? — удивилась купеческая дочка.

— Если честно, то не знаю. У нас в саду скрытых тропок нет. Но, с другой стороны, есть ведь в домах узкие коридоры для слуг? Вот и это, наверное, тропка садовника. Он тут ходит, смотрит, за порядком следит и никогда не попадается мэдчен и морам на глаза.

У мэдчен ванен Скомпф округлились глаза:

— Это сколько места пропадает, если для прислуги все коридоры повторить?! Глупость какая. А зачем?

На тропинке как раз хватило места для двух девушек, хоть идти пришлось почти вплотную друг к другу.

— Это традиция, — пожала плечами Катарина. — Сложно объяснить то, к чему человек привык с рождения. Но я, кстати, часто хожу именно через коридоры для слуг. Некоторые места в доме для меня недоступны. Все гостиные левого крыла — там стоит потрясающая винтовая лестница, у нее очень крутой подъем.

— А почему ее не перестроили? Ты же получаешься отрезана от части дома, — удивилась Мадди.

Катарина искоса посмотрела на подружку, вздохнула и перефразировала слова ванен Скомпф:

— Дочь уйдет в другой род, а лестница останется. На весь Луизет такая лестница всего одна. Гости приходят, любуются, но наверх редко кто поднимается.

— Такие высокие ступени? — нахмурилась Мадди.

— Напротив, низкие. Да ладно, Отбор кончится — позову в гости. Что?

— Ничего. Просто… Не думала, что ты допускаешь мысль общаться дальше, —пожала плечами Мадди.

— Мы неплохо узнали друг друга, — негромко сказала Катти, — за такое короткое время. А за месяц… либо сдружимся, либо станем врагами.

— Ну уж врагами, — фыркнула Мадди. — Ой, слышишь?

Негромкий звук шагов, еще тише — шорох подола по вымощенной камнем аллее.

— Что за Отбор ты устроил? — приятный, очень усталый женский голос.

— Я подошел с точки зрения разума, — холодный мужской.

Катти нахмурилась — голос был ей незнаком. Но, если судить логически, это ведь должен быть голос принца Хиллиарда?

— Разума? Жить с женщиной, ложиться с ней в постель, растить детей…

— Делать все разумно. Матушка, я знаю, что делаю.

— Это меня и пугает. Ты ведь не остановишься до тех пор, пока не станет поздно. Балбес. Весь в отца.

— Отец тоже подошел к Отбору с умом, — согласился мужчина.