Я не вернусь

 

Цена, конечно, больше той, на которую я рассчитывала, в десять раз. Но стоимость рабов по негласным законам рынка всегда завышали, потому что дальше приходила очередь собственно торга, во время которого стоимость всегда снижалась. 

- Роук, дай ему деньги, - отрезал Кир. 

Ничего себе! Он готов отдать за меня такие большие деньги даже без торгов! Не лгут, князь очень богат. 

Дружинник беспрекословно исполнил поручение хозяина, значит, его приказы никогда не оспаривались. Получив увесистый мешочек с деньгами, маг тут же испарился.

В прямом смысле. 

- На колени, женщина, - я смиренно исполнила приказ нового хозяина. 

Князь положил руку на мою голову, сначала от нее шло тепло, которое перетекло по позвоночнику на спину и расцвело обжигающей болью. Я вскрикнула от неожиданности. 

- Запомни: теперь ты принадлежишь мне, князю Илиар, - объяснил Кир, - на тебе стоит моя печать. Вставай, - я подчинилась, боль ушла так же неожиданно, как и появилась. 

Это был неожиданный для меня поворот.

О том, что князь ставит метки на своих рабов, я слышала впервые. Это было очень и очень скверно, скорый побег отменялся и переносился до более удачного момента. 

– Что у тебя за спиной? – князь указал на катану, завёрнутую в пестрые тряпки. Ее мне отдал учитель, такого оружия не было ни у кого в Малохусе. Заранее придумала, что отвечу на этот вопрос. 

- Это приспособления для моего рукоделия, - соврала я, Кир недоверчиво посмотрел на меня, но поверил. Рабов покупали вместе с тем, что было на них в момент покупки.

 

Вместе с другими купленными женщинами я поплелась за новым хозяином. Кир шел не спеша, даже со спины он выглядел грозно, Роук держался рядом и придирчиво посматривал на товар хозяина. 

Князь дошел до конца помоста с рабами, поморщился от вида женщин в самом конце, они уже мало походили на людей – грязные, изможденные, у многих не было волос и зубов. Наверняка, они из тех земель, где нет правителя, и одолевают монстры, поэтому для выживания семьи люди продают себя в рабство.

Я засмотрелась на этих женщин и не заметила, как налетела на Кира. 

- Женщина, - зашипел он на меня, - ты грязная! 

- Прости, Кир, - я тут же опустила глаза, изображая покорность. 

- Князь! - прогремел он.

- Что? – мой голос тихий, как у мышки.

- Рабыни должны называть меня «князь». Поняла?

- Да, князь, но мне больше нравится твое имя. 

Повисло молчание. Я чувствовала, как Кир гневно вперил в меня глаза.