Несносное проклятье некроманта

- Но вы же сказали, что только благодаря сахару свекольный суп стал более изысканным! – тут же возмутился поваренок.

- Исключения лишь подтверждают правила, - фыркнула на него посудомойка Лукерья, предварительно съездив мокрой тряпкой по рукам Силя, чтобы он не воровал помытые ягоды снежиники, подготовленные для суфле.

- А кушанья… - повар задумался на несколько секунд. – Она странная, сладкое не любит. «Я съем всего лишь килограмм конфет, а прибавлю в весе сразу пять», - передразнил Гастон принцессу, изобразив ее ужимки и спародировав высокий голос девушки.

- Если съесть за раз килограмм конфет, я их тоже, пожалуй, разлюблю, - покачала в ответ головой я. - Разве можно употреблять столько сладкого за раз?

- Хотя одна слабость у нее есть, - качнул головой в знак согласия со мной Гастон, - она сало вареное любит.

- Как сало? – удивилась я. Даже несмотря на свою прожорливость, к этому продукту я относилась очень настороженно.

- Вот так! Отрезает с вареного мяса из супа и закидывает в свой прелестный ротик с выражением блаженства на лице.

Хм, букет из котлет отдыхает! Похоже, придется творить шедевр из сала…

-Девочка моя, что случилось? – на кухню влетел принц и отыскал меня взглядом. – Дюваль сказал, что ты приходила чем-то встревоженная!

С этими словами он почти подбежал и по старой привычке чмокнул в мой чешуйчатый нос. Раньше такие жесты я воспринимала как должное. Но в свете того, что сама открыла у себя чувства к Леонелю, в этот раз смутилась и покраснела, вернее сказать, пожелтела.

Терпеть не могу, когда такое происходит. Одно дело, когда румянцем покрываются нежные щечки молодой девушки, и совершенно другое, когда это щеки, закованы в зеленую чешую. Поэтому я отстранилась от друга и, пожав плечами, ответила:

- Ничего серьезного! Месье Дюваль зря развел панику. Просто я нашла книгу мадам Берц и с ее помощью ищу решение твоей проблемы.

- Понято! – принц облегченно выдохнул. - Ты никогда не приходила ко мне в рабочее время, вот я и заволновался.

И что интересного в этой книжке? О чем полезном может поведать десятикратная вдова?

С этими словами Лео сел в старинное деревянное кресло, которое неизвестно зачем стояло в углу кухни, если только для шеф-повара. Но Гастон на рабочем месте никогда не сидел. Он был словно шарик ртути: кругленький, как большинство поваров, но при этом очень и очень подвижный.

А я подняла глаза на друга, собираясь ответить и вдруг поняла, что смотрю на него как в первый раз.