Тень Дракона

Страсть, только что пылавшую в сердце, безжалостно потушили холодный взгляд и презрительная усмешка того, кто давно уже стал для Коросса второй половиной: отстраненной, рассудочной, циничной.

Еще год, от силы два – и он, чтобы стать настоящим правителем, отправится строить свою Башню. Он верил в это, что бы ни говорили недоброжелатели. Сколько пройдет времени до момента, когда он вернется обратно на Эолу? Для тех, кто находится в Башне, время умирает. Возвращаются маги оттуда более уверенными в себе и, конечно, более могущественными.

Но физически их изменения не касаются. А вот мир меняется во время их отсутствия сильно. Митросс часто любил повторять, что возвращение – это всегда встреча незнакомцев, даже если до расставания они были самими близкими люди. Но, по крайней мере, домочадцам в отсутствие Коросса ничего не будет угрожать. А что случится с Ароной за то время, пока он будет отсутствовать? Для отца и сестры она навсегда останется митрилькой, а значит, прежде всего, Источником, а потом уже человеком. Очарование местности померкло. Вода стала слишком теплой, а изрезанные осокой руки неприятно пощипывало. Злясь на себя, Коросс отстранился от девушки. Она, не удержавшись на ногах, плюхнулась, снова с головой окунувшись в воду. Когда Арона вынырнула, он уже выходил на берег, держа подстреленных девушкой уток.

– Прости. Пожалуй, я сам займусь обедом. Из тебя повариха – так себе.

Вскоре у озера ярко пылал костер, а на ветвях сушилась одежда. Девушка, укутавшись в плащ, сидела на поваленном дереве и печально смотрела на язычки пламени, пока Коросс фаршировал тушки собранными в лесу травками и кореньями.

Когда утки повисли над покрытыми светло-серым налетом углями, он прервал затянувшуюся паузу.

– Лишь все закончится, я попрошу Лэппэла забрать тебя с собой. Он позаботится о тебе.

– Это невозможно, – вздохнула девушка.

– Почему?

Арона посмотрела на него, покусывая губы. Желание обнять стало непреодолимым. Мысленно он уже ласкал ее упругую грудь и нежный живот, ловил ртом прерывистое дыхание, слышал сдавленный стон пробудившегося желания… Коросс резко встал, намереваясь пройтись.

Но тут Арона заговорила:

– Не сердись, Коросс. Я не поеду в Митриль, как не собираюсь ехать и в Кросс. Мне в горах привычно. А общество людей… Думаю, там будет так же тяжело, как тяжело было в Голубом Доле.

– Понятно, – протянул Коросс, не зная, что сказать.

Арона умоляюще сложила руки:

– Ты мне очень нравишься, Коросс.