Сердце старого Города

- Подумай, Сиг, здесь ты украл, а там... завоевал! Сиг – Завоеватель! - Энед выплюнул последние слова в лицо брату, повел плечами и порывисто направился к выходу.

- Энед... Прости меня!

Эндемион на миг остановился и, не оборачиваясь, ударил брата о стену воздушной волной. Сиг не сопротивлялся - удар вышиб дух.

Эндемион вернулся во дворец. Тяжелый осадок неостывшего гнева отдавал металлом во рту. Элии неслышными тенями открывали перед господином двери, боясь даже лишним шорохом выдать себя.

«Как можно простить такое?», - раздраженно спрашивал себя Эндемион и еще больше злился, зная ответ, так отличный от собственного.

Отец смог, а он... Он не мог. Все эти годы черная злость и ненависть становились все больше, словно бы демон ада кормил их.

Отчего отец не изгнал Сига? Отчего заставил слухи звучать правдой. Только северный кобальт не знал, что Сили – дочь Реи и... брата Наследника, принца Эль’Сигнорина. Отчего бы не повесить всех лгунов, распускавших «слух»?

Ложь это! Сили его, только его!

Эндемион был в ярости от решения отца.

Сиг мало его унизил? Или унижение должно быть публичным? Но отец был непреклонен: разумеется, Эль`Силиэль останется в семье матери, но кровного отца знать будет. Для их семьи это правило, а не исключение. Правило... Все бы ничего, вот только Нора не дракон, кровь она мешать не может, - это и было главное отличие! Но Энед получил самый жесткий отпор, когда озвучил отцу главный довод, требуя изменить Волю. Владыка рассвирепел: Эндемиону ли говорить о подобном?!

Энед услышал звонкие голоса, переходящие на крик, его сыновья ссорились, что бывало нередко.

Эндемион выглянул в окно: мальчишки дрались на деревянных мечах, они не поделили голову василиска.

Оба эльдара никак не хотели покидать возраст восьмилетних мальчишек, чем сильно смущали бабушку, но явно радовали дедов. Эль`Алеэль, сын Олейи, был злее и стремительней, но Эль`Алмриэль, сын Норы, спокойней и внушительней. Пока Эль'Алеэль превосходил Эль`Алмриэля, но придет час и силы братьев сравняются.

.. Тогда Эндемион подарит каждому по половине галактики, иначе они убьют друг друга.

Драка становилась не шуточной. Братья начали прибегать к небезобидной магии. Эндемион нахмурился, думая вмешаться. Откуда в них такая жестокость? Будучи детьми, Энед и Сиг никогда не пытались ранить друг друга по-настоящему... Эндемион осекся, ощутив тоску и дикую ярость, как будто сорвал болячку с только затянувшейся раны. Сиг его…предал, предал их дружбу.