Три подарка для ведьмочки

От волнения за фамильяру я начала ерзать, отчего плед стремительно пополз вниз, открывая… Гм, это что еще за чертовщина?!

— Точно, забыл! Дайте-ка. — Подавшись вперед, мастер протянул руку к моей шее, я же рефлекторно отпрянула, упав обратно на подушку.

— Сама сниму, — пробормотала, смутившись.

— У самой не получится, — серьезно произнес Канерва и медленно (видимо, чтобы больше не пугать меня резкими движениями) принялся расстегивать на моей груди крупный кулон в виде паука со встроенным в его серебряную спинку циферблатом, который, кстати, слабо светился, показывая странное время.

Паук этот, до того сидевший на мне, как приклеенный, поджал тонкие лапки, словно живой, едва щелкнул замочек. А еще, что поразило даже больше, время на его спине обнулилось.

— Что это? Амулет какой-то? — полюбопытствовала я, потому что раньше ничего подобного не встречала. Даже в учебнике прикладной артефактики!

— Амулет, — эхом повторил сосед.

— А в чем его сила? — продолжала допытываться я, раззадоренная ответом мастера.

— Исцеление, да? Это из-за него я себя такой бодрой чувствую?

— И из-за него тоже.

— А еще почему?

— Поэтому. — Канерва взял меня за руку, чуть сдвинув рукав, чтобы стало видно ободок украшенного рунами браслета. — «Страж» смягчил падение, вызванное вредоносным заклинанием, — тоном лектора, читающего курс по проклятиям, сообщил он.

— Откуда вы все это знаете? — нахмурилась я, отдергивая запястье, которое сосед начал машинально поглаживать большим пальцем, о чем-то размышляя. Точнее, поглаживал он не меня, а подарок Деда Мороза, очерчивая причудливый узор, но я все равно чувствовала его прикосновения к собственной коже, и это разбудило присмиревшую было неловкость вкупе с толпой мурашек.

— По остаточным магическим следам вычислил, если вы про заклинание. А что у вас на руке охранный амулет, в народе именуемый «стражем», так это и ежу понятно, не говоря уже об артефакторе с большим опытом работы.

Сосед сунул в карман брюк «паучка» и скрестил на груди руки, всем видом показывая, что трогать меня больше не намерен, так что можно расслабиться.

Но… расслабиться не получалось. Слишком близко он сидел, слишком внимательно смотрел и слишком о многом был осведомлен, пусть и имел на все логические объяснения.

Ох, Мура, Мурочка… где же тебя черти носят, когда мне так нужна твоя дружеская поддержка!

— Господин Канерва, куда вы дели мою фамильяру? — повторила я оставшийся без ответа вопрос, повыше подтягивая покрывало, хотя в комнате было не холодно.