Заметки графской любовницы

Они не услышали. Я всхлипнула еще раз и демонстративно отвернула лицо, чтобы проморгаться, будто не хочу заплакать.

- Фиви?.. - дернулся Виль, тут же растеряв насмешливый вид.

Повелся? Ну надо же! Мне казалось он из той редкой породы мужчин, на которых подобные трюки не действуют.

- Простите, просто… - я снова всхлипнула и отвернула лицо еще больше, закрывая глаза ладошкой.

- Мисс Ламбри, - начал ректор обеспокоено, - Простите, бога ради! - он нахмурился и огляделся, будто в поисках какого-нибудь волшебного зелья, которое могло бы меня успокоить сразу и без лишних телодвижений с его стороны, - Жори! Жори, ну где там чай?!

- Мисс Ламбри! - шепотом возмутился Виль, присмотревшись к моему лицу.

Я не удержалась и совершенно по-детски высунула кончик языка, насмешливо сощурив глаза, когда ректор отвернулся. Если взрослые мужчины ведут себя по-детски, почему мне нельзя?

Кое-как, с горем пополам, но чай был выпит, а ответы ректора записаны. В ответах был небольшой, но все же простор для манипуляций с отчетами, так что представить удобоваримую информацию для обоих монархов с трудом, но можно было.

В целом, я была удовлетворена. После десяти минут извинений за недостойное поведение в присутствии дамы, ректор был в достаточной мере дезориентирован и вполне себе попался на вопросы, формулировки которых предполагали от адекватного человека только один ответ.

Вот, например!

На вопрос: является ли проблемой, что одаренные магией боевого типа девушки остаются в должной мере не обучены контролю над свои даром - он, конечно же, ответил «да».

Но на должном уровне контролировать ее могут обучить только в академиях. Точнее, обучать-то можно и на дому, и в какой-то мере именно это и делают, но кто контролировать этот процесс будет? В общем, этот его ответ можно развить так, что он до конца жизни не только в сторону Виля, но и в мою плеваться будет.

Я была, в целом, довольна. Во время разговора я еще пару раз как бы случайно припомнила профессора, так что гулять по академии нас отпустили почти без возражений, хотя я прямо видела как ректор аж весь чешется от мысли, что по его «святому месту» будет разгуливать этот бес.

Этот бес явно хотел что-то сострить на этот счет, но я очень выразительно на него посмотрела и он - даже не мне, себе! - на счастье промолчал.

Расписание занятий и экзаменов у меня было, и я заверила ректора, что мы зайдем только к тем, кто сейчас свободен.