Город волков. Рождённая волчицей

Но вот с Мелиссой всё иначе. Ласка девушки и ответные поцелуи вызывали страх, осознание, что скоро это прекратится. Зависимость возникла не от желания, а от настоящей всепоглощающей страсти. Хотеть кого-то столь сильно в некоторой степени сумасшествие. Тем более, когда перед тобой восемнадцатилетняя девчонка. Прожил десятки лет и только сейчас ощутил силу истинных чувств.

Сами уста сладкие и завлекающие. Пробуешь и не можешь насытиться. Повторяешь движения, чтоб снова и снова чувствовать их вкус во рту. Рецепторы органов чувств помогают удвоить удовольствие.

Осязание даёт возможность насладиться шелковистой кожей, обоняние восхитительным ароматом, слух позволяет слышать еле уловимые стоны, а зрение видеть необыкновенные изумрудные глаза, глубокий зелёный омут, в который без тени сомнения готов погрузиться с головой.

Обхватывал девушку, всё крепче прижимая к себе. Не задушу ли своим неукротимым влечением? Ладони просили большего, хотелось проводить по обнажённому телу, которое увидел сегодня утром.

Но эта дурацкая одежда открывает лишь малые участки заветной кожи. Мечтаю опробовать её шею губами, но не решаюсь лишиться контакта устами. Она может опомниться, может одуматься, ведь целует кровожадное чудовище.

И к сожалению мысли и страхи обратились в реальность. Мелисса вдруг воспротивилась, резко очнулась и укусила за губу. Непроизвольно отпустил девушку и прикоснулся к кровоточащему рту. Охватила злость, злость от того, что она смотрит на меня иначе, чем на моего друга. Мы оба по нашей природе её враги, но с самого начала не задалось именно у нас.

Гнев пылает в красивых глазах. Влечение между нами однозначно есть. Но что-то сдерживает её.

Так, прекрати! Вам и правда лучше держаться подальше друг от друга. Если девушка уже так воздействует на меня, лучше прекратить на корню, пока это не зашло слишком далеко. Меня и так атакуют нехорошие мысли, связанные с её отъездом. Мелисса уедет и навсегда станет недосягаема. Хотя она и сейчас недосягаема. Вроде рядом, но между нами бездонная пропасть.

- Что ты этим хотел доказать Элиан? Своё превосходство или силу? – осуждение, прозвучавшее в голосе, неприятно полоснуло сердце.

- Должен извиниться, позволил себе лишнего.

- Извиниться? - встрепенулась она, словно после пощёчины.

Повисла гробовая тишина. Слова застряли в горле. Ничего не получалось вымолвить.

- Можешь не извиняться. Мне всё равно.

Изо всех сил старался оставаться спокойным.

- Обещаю больше не вести себя подобным образом.