Злая зима

Лес, укрытый белой шубой, протягивал хвойные лапы к городу, но подходить ближе не решался.

Брун потянул на себя дверь, выкрашенную бирюзовой краской, придержал перед Эльзой.

— Может, все не так уж плохо, — сказал он. — Смотри, двери в тренде.

Эльза только вздохнула, обреченно поднялась по ступенькам. В тесном помещении стояли продолговатые стойки с одеждой, развешанной так туго, что палец не просунешь. На стеллажах виднелись развалы свитеров.

— Добрый день, я могу вам чем-нибудь помочь? — продавец сложил руки на животе, уставился на них темными глазами навыкате.

Эльза незаметно принюхалась, оценивая свои ощущения. Мелкий чернявый мужичок с залысинами пах как хомячок, который жил у нее в детстве: мокрыми опилками и кукурузой. Кусать его не хотелось.

Но клыки в последнее время чесались так, что хоть волком вой.

— Да, девушке нужна куртка, — сказал Брун — А мне — выйти. Эльза, я могу оставить тебя здесь на полчаса? Люди сюда не заходят.

— Вы от кого-то прячетесь? Если хотите, я могу закрыть магазин.

Все равно сейчас мертвое время, — он кивнул Бруну на примерочную в углу. — Выход там.

— Да, я помню, — ответил Брун. — Эльза, ты как?

— В порядке. А ты куда?

— Мне надо немного размяться, — объяснил Брун. — Выпустить зверя. За чертой города это позволяется в любое время.

— Ладно, я подожду тебя здесь.

Он внимательно посмотрел на нее, кивнул и скрылся за шторкой.

— Вот это, полагаю, подойдет, — продавец показал ей вешалку с длинным бордовым пальто, которое наверняка носила еще его бабушка, и Эльза взяла его не глядя.

Она рассеяно улыбнулась продавцу, прижала пальто к груди.

— Может, предложите что-нибудь покороче? — попросила она, и когда мужчина отвернулся к стойкам с одеждой, быстро подошла к окну.

Брун шел к лесу, ступая босыми ногами по снегу. Эльза стыдливо потупила взгляд, но через мгновение посмотрела на оборотня снова. Он взмахнул руками несколько раз, наклонил голову к одному плечу, ко второму, разминая шею.

На спине взбугрились мышцы, плечи раздались еще шире. Эльза прикусила ноготь, не сводя глаз с Бруна, боясь даже моргнуть. Смуглая крупная фигура на белом фоне темнела, постепенно сутулилась, тяжелела. Вскоре он опустился на четыре лапы, позвоночник выгнулся дугой, вытянулся… К елкам трусил медведь, мотая крупной мохнатой башкой, оставляя глубокие следы в нетронутом снегу. Яркая желтая бирка в ухе сверкнула солнечным зайчиком.