Под светом твоей звезды

Меня трясло от бессилия и боли, от злости и гнева на дурацкую судьбу, которая никогда не желала радовать меня, а еще на саму себя за то, что сглупила, за то, что решила поверить в сказку, забыв, что сказок не бывает. А потом прохладная ладонь коснулась моего лба, и, на миг ощутив безмятежное блаженство, я провалилась в сон.

Тейлондер

Как бы ни был мне противен такой способ существования, но слова Женевьевы задели меня. Могло ли быть правдой то, что другого выхода, кроме как погрязнуть во тьме, у нее не было? Бывает ли в жизни, текущей всюду по единым законам Вселенной, подобное? С уверенностью ответить на этот вопрос, как сделал бы это прежде, я теперь не мог.

Видя состояние мечущейся землянки, я не нашел ничего лучшего, чем своим воздействием погрузить ее в сон. Ей нужно было немного отдохнуть, а мне - связаться с Учителем.

Вся эта история с Женевьевой в роли Стража совсем не радовала, и я надеялся, что Актафий прояснит произошедшее, а еще... снимет с меня задачу дальнейшей подготовки девушки.

При условии, что он все-таки признает в ней ту самую избранную. В чем сомневаться, к сожалению, не приходилось. Если и был на Земле будущий Страж, то им была именно она. Никого другого, даже отдаленно похожего рисунком ауры, на целой планете, тщательно пронизанной импульсом поиска, я не обнаружил.

Я постарался сосредоточиться и мысленно произнес:

"Мы прибыли, Учитель".

"Я очень рад, мой мальчик. Я не сомневался, что ты справишься. Как девушка?"

"Она... спит. Учитель.

.. эта девушка... Она не совсем то, что можно было ожидать. Женевьева имеет некоторые особенности, странные даже для землян. Неприятные особенности".

"Она жива, здорова и на корабле? Полетела с тобой добровольно?"

"Да, Учитель".

"Это главное, Тей".

Решив, что Учитель не вполне понял меня, я сказал прямо:

"Для поддержания жизни ей необходим приток чужой энергии. На Земле она подпитывалась от других людей. Искала бреши в ауре, нарочно вызывала эмоции, выводящие из равновесия и нарушающие защиту, и забирала жизненные силы.

Однако на корабле никого кроме меня нет..."

"Удалось ли тебе понять причину?"

"Полагаю, что да. У Женевьевы полностью отсутствуют привязки к другим людям, которые могли бы подпитывать ее добровольно. Их вообще нет! Но много хуже то, что у нее нет привязки к Источнику".

"Непостижимо. Как же такое могло произойти?" - даже в ментальной связи ощущалось, что Актафий скорее спрашивает самого себя, чем задает вопрос мне.