Проклятое кольцо: связанная с демоном

– Что такое? Неприятно говорить о своем детстве?

– Я ничего не помню о нем. – Эйдан молчал, ожидая, что я продолжу свой рассказ. – Там… Я не сразу оказалась в пещере. Когда в Академии началось испытание, меня потянуло направо. Слева и по центру я слышала голоса, но они меня скорее раздражали, нежели манили. А вот справа тянуло свежим воздухом. Я пошла туда. И… я оказалась на поляне, Эйдан. Там, где жили мы… Мама и я, – последнее слово я буквально прошептала. Было очень сложно объяснять чужому, по сути, человеку свои чувства.

Я нигде и никогда не позволяла себе показывать слабость. Даже с девочками всегда старалась быть на подъёме и подбадривать их, говоря, что всё произошедшее с нами – это испытание Великой и нам нужно через это пройти.

Но это было до… До того, как я стала узнавать правду о себе и своей семье. Так почему же сейчас я легко раскрываюсь этому демону? Почему мне хочется найти в этом мужчине поддержку? Почему так важно услышать именно от него, что все будет хорошо, что память вернётся, а мои родители… Что у меня снова будут мама и папа.

– Что было дальше, Габи?

Я закрыла глаза, возвращаясь туда, где состоялась моя первая в жизни битва с монстром.

– Дальше пришли они. Как они попали на ту поляну, я не представляю. Изменённых было два. Эйдан, из моих ладоней струился огонь. – Демон нахмурился. И я его понимала. Как может воздушница управлять огнём? Этого я не могла объяснить даже себе, не то что ему.

– Разве твои способности не ограничиваются кристаллами и управлением воздухом?

– Да.

Я тоже так думала. До сегодняшнего дня. – Мы помолчали какое-то время, а затем я продолжила: – Я огнём убила Измененного. А потом хотела рассказать об этом тебе, чтобы ты больше не задирал меня.

– Ты и сказала, еще и драться полезла, – хмыкнул он.

Я выпучила на него глаза:

– Зачем?

– Хотела, так сказать, результат победы закрепить.

Какое-то время он сохранял серьезное выражение лица, а потом, не выдержав, откинул голову и рассмеялся. И именно сейчас я поняла, что Эйдан Мар, кажется, начал проникать за те слои моей души, что были скрыты надёжной бронёй.

Я смотрела на него и глупо улыбалась, любуясь отблеском костра на его коже, сильными руками, сложенными на груди. Его не портила даже порванная в битве одежда.

– С тобой никогда не было скучно, Габи. Именно ты всегда затевала проказы.

– Я не помню ничего из этого, Эйдан. Ни тебя, ни нашего детства… Я даже отца не помню.

– Как это не помнишь? Не хочешь вспоминать?

– Не помню. Мне стерли память.