Сладкий плен

Подойдя к грубиянке вплотную, прошипела в самые губы:

— Тебе какое дело, куда я и что несу?!

— Не дерзи! Я ищу одного абсорба. Может ты видела?

— Моё дело нектар разносить, а не за абсорбами следить.

— Ладно, шуруй, дерзкая.

— Ещё раз заговоришь со мной в таком тоне, я и в глаз могу дать и сказать потом, что так и было, — рявкнула Юстина злобно. — Поняла?

Девушка хмыкнула и отстранилась.

«Совсем обнаглели эти флэймы. Царицами себя здесь возомнили. Я конечно в глаз не дала бы, слишком уважаю себя, но заступиться за свою честь — святое дело!»

Вот с такими мыслями и подошла к седьмой комнате.

Постучала.

Тишина.

Надавила слегка на ручку и заглянула.

На кровати никого.

Тихонечко прошмыгнула внутрь и, подойдя к туалетному столику, опустила на него поднос. И как же вовремя она это сделала, в противном случае, он уже загремел бы на пол.

Знакомые тёплые ладони огладили обнажённые плечи, а затем, хрупкое тело девушки заключили в могучие объятия. Мощные импульсы передали сигнал в каждую клеточку естества и она, словно под гипнозом, замерла в дурманящей эйфории.

Тело трепетало, а мозг отключился. Она, особо остро, ощутила одну простую истину: им не нужны банальные фразы и ничего не значащие взгляды. Просто аромат их тел, сводящий с ума и зашкаливающие эмоции по всем мыслимым и немыслимым законам. Притяжение, которое не возможно объяснить словами. Которое могут чувствовать только двое: ОН и ОНА. Прикосновение к шее горячих губ и тихий хриплый шёпот:

— Попалась.

Глава 11. Превратности судьбы.

Как много в нашей жизни слов — пустых и бесполезных,

Нам врут безбожно, льстят и шлют нас лесом

Но есть такие, что спасают наши души

Не дав попасться в сети зла и равнодушия...

Город N. Центральная городская больница.

В длинных больничных коридорах, вопреки устоявшимся правилам, царил хаос и непривычная суета. Громкие голоса, прогуливающиеся пациенты и их посетители. Оно и понятно, переполненные палаты трещали от массового наплыва извне. Авиакатастрофа стала испытанием для родственников всех летевших на борту того самого рокового рейса.

Для кого-то с призрачной, но надеждой, а для кого-то трагедией. Из семидесяти восьми человек выжили только сорок семь. Причём тела пятерых так и не были найдены. В их числе и сын Вики.

Женщина медленно брела вдоль коридора, шаркая кожаными тапочками и, корчась от боли, придерживала ноющий бок. Проходя мимо одной из палат в совершенно другом крыле отделения, она услышала знакомый голос.

— Дорогая перестань.