Сладкий плен

— Ой, а я же видела на поляне ярко розовое свечение, напоминающее облачко сахарной ваты, вокруг Нежэла и Нежэль. Это оно?

— Именно.

— Но они светились оба. Значит… значит и ты с…

— Тшшш… молчи, — не позволил договорить Нонэл. — Да, все флэйм тоже светятся, но это не имеет никакого значения. Для меня уж точно.

— Как? Вы же…

— Мы расстались.

— Вот как? Но ты же понимаешь, что она так легко не отпустит. Тем более, не отдаст тебя… мне.

— Мы здесь для того, чтобы выбрать пару. Моя пара — ты. Хочу быть только с тобой.

Его бархатный голос ласкал на столько осязаемо, что Вике захотелось вновь прижаться к нему и молить, чтобы он никогда её не отпускал.

Объятия, объятия, объятия… бесконечные ласки и их губы, наконец-то, сливаются в жарком ненасытном поцелуе, длящемся бесконечно долго. Влажные языки трутся друг о друга, кружась и сплетаясь в страстной агонии. Играясь, дразнясь, а потом сцепляясь в схватке… дерзко и напористо, безумно и знойно. Одновременно с танцем языков, безумствовали нетерпеливые ладони, которые жадно оглаживали каждый изгиб податливого тела, сминая жёсткими пальцами высокую чувственную грудь.

Нон теребил упругие сосочки, перекатывая их меж пальцев, лаская шершавыми подушечками. Извиваясь в его тёплых руках, она жалобно стонала, не разрывая, туманящего разум, поцелуя. Он вдыхал каждый её стон, сипло хрипя в ответ.

— Мне никогда не было так хорошо, Тори.

— Мне тоже.

Их тела, подобно воску у огня, плавились в настойчивых руках, вопрошая о большем. В какой-то момент, Вика вздрогнула, словно оглушённая выстрелом:

— Нон, а что если мы не сможем быть вместе?

Глава 16.

Во власти времени и тьмы.

Души коснулись звуки прошлого

Сжимая сердце ядовитою тоской

И те, кого любили, так непрошено

Нас позовут, забыв обиды, за собой...

Замок Вуудоуэль. Юстина.

Тем временем в замке, Юстина, в очередной раз, успокаивала подругу.

— Я захожу в комнату, а он... он... — огромные глаза подруги выглядели потухшими, словно безжизненными, — с Кристэль, понимаешь?

— Это точно был он? В комнатах царит мрак, — приговаривала Юстина поглаживая подругу по плечу, — ты могла перепутать.

— Он, Юстина, — не переставала всхлипывать блондинка. — Его изумрудно-зелёное сияние я не спутаю ни с одним другим. Он... он меня не любит, Юстина.

— Боже, о какой любви ты говоришь, Домиана? У тебя есть Курт. Он действительно тебя любит.

— Да, ты абсолютно права, — бубнила под нос Домиана, пытаясь и себя уверить в том же.