Разлученные

Дав команду ящеру идти на посадку, он не сразу добился повиновения.

— Но-но, Серый, я сам понимаю, что здесь нехорошее место, но нам нужно именно сюда.

Твердая рука натянула поводья, и верд все-таки спланировал на относительно ровную площадку, подальше от деревьев. Ян мрачно оглядел почерневшие от копоти и жара стволы ближайших сосен. Время не пожелало стереть следы давней трагедии, и у непосвященного могло возникнуть чувство, будто дом сгорел два или три года назад. Меж тем пролетело семьдесят зим с тех пор, как старая Лоэс в клубах черного дыма растворилась в чаще Костяного леса и стала одним из его духов.

Ян спрыгнул с седла. Верд не пожелал ложиться, крупное, покрытое гладкой чешуей тело, нервно вздрагивало. Да, нехорошее здесь место.

— Э, приятель. Пожалуй, лучше отпустить тебя, — пробормотал Ян.

Вытащил из подпространственного хранилища стилос и четвертинку бумаги и, опираясь на седло, написал: «Вернусь самое позднее через три дня. Ян».

Стараясь не думать, как будет жить через эти три дня, если Рена не вернется, юноша положил листок в седельную сумку и подвязал поводья, чтобы не отвлекали ящера.

Хлопнул по поджарому крупу и скомандовал:

— Домой!

Ящер взмахнул крыльями и легко оттолкнулся от земли. Резко пошел вверх, набирая высоту, и вскоре исчез за густыми кронами. Ян остался один.

Теперь ничто не мешало ему. Только где тут искать уцелевший артефакт? Озарение в храме показало ему несколько картинок. В том числе и лежащий в густой тьме предмет, похожий на маговизор.

Ян разочарованно пнул ногой торчащий из травы камень.

Он не ожидал, что от дома так мало осталось. А то, что осталось, затянуто многолетним дерном. В отличие от деревьев, травы здесь разрослись густо, поднимаясь выше двух метров. Продираться в этих дебрях у молодого человека не было ни времени, ни желания. Ян обошел пепелище кругом, прикидывая, насколько велик был дом ведьмы. Над его протянутой рукой возникла крохотная искра. Небрежно стряхнул частичку пламени на траву, и та пошла выжигать слежавшийся слой мертвой растительности. Деревья вокруг недовольно зашумели, но юноша не обращал на них внимания. Не доверять эльфийке Озаниэль и ее защитному амулету у него не было причин, стало быть, и леса ему бояться нечего.

Искорка работала прилежно, свежая трава и давно засохшая солома осыпались на землю черной пылью. Руины постепенно освобождались от растительности. В розоватом рассветном сумраке показались черно-рыжие, обгорелые камни, перемешанные с обломками балок и кровли.