Коваларис. Там, где пропадают всадники

Многие девки плакали, когда выходили замуж за немилого. А ей, Василисе, судьба быть с тем, в кого она влюбилась.

Но какая же это была ложь…

Им оставалось совсем немного до города. Иван нес крылья беса в мешке для своего отца, чтобы успокоить его душу. Показать, что зверь, искушавший его, мертв и больше не вернется. Но на них напали. И никто иной, как Радим и Дмитрий, родные братья Ивана. Второй подхватил мешок с крыльями и связал Василису, пока та спала. Правда, девушка вовремя проснулась и увидела, как старший брат протыкает сердце Ивана кинжалом.

Крик вырвался из ее груди. Дмитрий с шоком смотрел на Радима, будто сам не ожидал, что старший брат поступит так подло. Она ненавидела, ненавидела каждого из них.

– Ты трус! Убить родного брата во сне! Ты слаб и не смог бы тягаться с Ваней! – крикнула девушка, по щекам которой катились слезы.

В ответ она получила хлесткую пощечину. Но она не обращала внимания на боль. Лишь надеялась, что предатель промахнулся и не проткнул сердце ее любимого.

– Ты поедешь с нами, мерзавка, – прорычал он, схватив за косу и запрокинув ее голову так, чтоб девушка смотрела в его глаза. – Отец ищет тебя по всему Тенебрису, переживает, а ты непонятно с кем милуешься! Еле выследили вас. Но ничего, теперь я, твой законный жених, могу делать все, что захочу.

Сердце готово было вырваться от страха. Он противно поцеловал ее, словно животное, а девушка вырывалась, царапая по щекам ногтями, пинаясь. Но тот вдавил ее в землю, еще раз зарядив пощечину.

И тогда Василиса громко заплакала, когда он вновь продолжил ее противно целовать.

– Брат, не надо, отпусти девушку! – крикнул Дмитрий, подходя к Радиму и пытаясь оттащить его от Василисы, бьющейся в истерике. Никогда в жизни ей не было так страшно, даже когда бес вселился в ее тело.

– Отстань! – отпихнул его старший и продолжил издеваться над ней.

– Ваня! Ванюша! – кричала Василиса, плача, пока это животное касалось ее шеи своими отвратительными губами.

– Помоги, прошу, Ваня!

Но княжич лежал бездвижно на земле, а его кровь впитывалась в землю. Душевная боль пронзила ее грудь еще сильнее, нежели бы и в нее воткнули кинжал. Он умер… он все-таки был мертв.

Она молилась, чтобы волк услышал ее, потому что со вчерашнего вечера его не было. Он убежал в лес поохотиться. Девушка надеялась, что зверь почувствует смерть своего всадника и примчится к ней, чтобы помочь. И он почувствовал.