Коваларис. Там, где пропадают всадники

– Попробуй держать мысленную связь с Сивкой-Буркой. Он тебе поможет.

– Ты так говоришь, как будто сам постоянно пользуешься магией, – усмехнулась я, внимательно наблюдая за реакцией мужчины, но тот выглядел таким же сосредоточенным.

Опустив подол сарафана, который мигом намок, я вытянула ладони вперед, накрывая одну поверх другой. Закрыла глаза и сосредоточилась. Сейчас мной не управляли эмоции, и нужно было понять, как вообще работает здесь эта магия.

Внезапно в воспоминаниях всплыл образ Сивки-Бурки там, в поле моей деревни, его горящие глаза и пламенная грива.

Огонь…он течет и во мне. Я чувствую это тепло, этот жар, готовый вырваться наружу. Пламя текло и по моим венам. Богиня Макошь сказала, что, когда я приму правильное решение, смогу совладать с магией. И я приняла.

Когда я открыла глаза, увидела, что под накрытой ладонью горит небольшой огонек. А когда вторая рука опустилась вниз, пламя вспыхнуло ярче, набирая силу и освещая мое лицо. Однако я знала прекрасно, что хочу проделать.

Сделав резкий взмах ладонью, позволила искрам сорваться с моих пальцев и превратиться в парящий огненный шар, медленно полетевший в сторону Дарко. Тот ошарашенно уставился на инородный объект, но, когда яркий свет от огня позволил увидеть ему дно реки, взгляд мужчины сменился на уважительный.

– Хорошая работа, соколёнок, – похвалил он. – Тебе так легко дается магия огня. Чувствуешь хоть немного в себе стихию воздуха?

Я постаралась представить, как мой конь парит в небе, пользуется магией воздуха, но в сознании не было ничего, кроме темноты.

– Нет. Думаю, ты ошибся, и Сивка-Бурка не наделен этой магией, – сказала я, приближаясь к Дарко. Холодная вода доставала уже до колена.

– Или ее просто заблокировали. Думаю, цветок папоротника даст на это ответ.

Он все так же не смотрел на меня, натягивая тетиву на оружии, готовый в любой момент выстрелить в добычу. Я сделала плавное движение ладонями, и огненный шар приблизился еще ближе к воде. И спустя несколько мгновений мужчина выстрелил в мишень, которую мне не было видно.

Его боевой клич, последовавший за этим, заставил меня вздрогнуть.

– Подстрелил! – радостно крикнул он, а затем вытащил из воды большую рыбину, нанизанную на стрелу.

Рыба уставилась на своего убийцу выпученными глазами, и я отвернулась, чтобы не видеть этого зрелища. Иногда, когда папа покупал рыбу для приготовления, она была еще живой и водила глазами, и ему приходилось добивать ее.