Механические изобретения Эммы Уилсби

– Ты ещё слишком молода и наивна, – покачал головой Оззи, – и не замечаешь очевидных вещей. Джером Гилфорд заинтересовался тобой вовсе не из стремления помочь с работой, им движут совершенно другие желания.

Возможно, изначально Джером пытался отгадать, кого же я ему напоминаю, поэтому решил поближе со мной познакомиться, а единственный доступный способ сделать это – помочь мне с работой в мастерской. Сейчас же, когда граф Гилфорд знает, что я дочь Джейкоба Клифтона, и нет тайны, которую он должен разгадать, парень просто хочет помочь мне встретиться с отцом.

Что ещё, кроме желания помочь, движет Джеромом, мне было совершенно непонятно. Никаких намеков и предложений от графа я не получала, поэтому насчёт своей девичьей чести и достоинства могла не беспокоиться. Да и не выглядел Джером Гилфорд дамским угодником. Наше общение с самой первой встречи было искренним, дружеским, без намека на романтические отношения. Местами присутствовал лёгкий флирт, но не более того. Джером не позволял себе по отношению ко мне ничего лишнего. Так что все обвинения Освальда абсолютно глупы и беспочвенны. Он просто нашел очередной способ унизить меня и выставить в невыгодном свете перед моими новыми друзьями.

– Когда я стану падшей женщиной, так и знай, что я обязательно каждому встречному буду рассказывать, кто мой горячо любимый кузен и покровитель, – ехидно сказала я и поспешила спрятаться за ширмой. Хотелось ещё показать Освальду язык, но это было бы слишком по-детски.

– Ты совершенно невыносима, Эмма, – проворчал мужчина, и я услышала, как под тяжестью его тела, скрипнули пружинки кресла-кровати.

Я все же показала кузену язык, хоть он этого и не увидел через плотную ткань разделяющей нас ширмы, и легла в постель.

Как и в детстве мы отвернулись в противоположные друг от друга стороны и обиженно засопели.

– Спокойной ночи, Эмма, – послышался сонный голос Освальда.

– Спокойной ночи, Оззи, – зевнув, ответила я и погрузилась в крепкий сон.

Утро началось с горячего завтрака, который Освальд приготовил для нас двоих. Я уже забыла, когда кузен последний раз хозяйничал на кухне, поэтому была удивлена и растеряна. Неужели Оззи чувствует свою вину за вчерашний неуместный разговор с Джеромом? Если это так, то я готова пойти с кузеном на мировую и продолжать общаться, как прежде. Но в своих доводах я ошиблась.