Жених, найди мне жениха

Однако, судя по всему, на Алека действовало чисто женское правило: когда он нервничал, он ел. Из-за чего парень переживает, я упорно не понимала, но нервничала из-за его напряженного состояния ничуть не меньше.

– А меня сможешь нарисовать? – поинтересовался богатырь с детской непосредственностью.

Алек подавился последним куском и закашлялся.

– Ну это уж слишком! – возмутился он, отпив из стакана воды. – Имей стыд, лесорруб!

Что именно было «слишком», я не поняла, но Алек так возмущенно свел брови, такими нервными движениями вытирал руки, а Богдан так стыдливо отвел взгляд в сторону, вжав голову в плечи, что неуютно стало и мне.

– Мы уходим отсюда! – заявил Алек, резко поднимаясь со стула и продолжая буравить Богдана возмущенным взглядом.

– Иди, мы еще посидим, – ответила я, не глянув на приятеля.

Некоторое время царила тишина, а потом кто-то схватил меня за шкирку и одним резким движением поднял на ноги.

– Я сказал: уходим! – рявкнул Алек.

Богдан также поспешно поднялся из-за стола.

– Я не хотел сказать ничего плохого! – заверил он моего защитника, пока я была занята тем, что удерживала на голове платок, который Алек сжимал вместе с моей рубахой в кулаке.

– Ты б ее еще на сеновал позвал у меня на глазах! – заорал парень взбешенно, а я чуть не упала там, где стояла.

Каким образом рисование связано с сеновалом, ни я, ни Богдан не поняли, но, видимо, в голове Алека какая-то тайная связь прослеживалась, потому что злился он очень сильно.

Вырваться у меня не получалось, поэтому под заверения Богдана, что «он не это имел в виду» и вообще очень уважает нас с Алеком, меня выволокли из таверны и чуть ли не пинком направили в сторону гостиницы.

– Ну знаешь ли! – вырвалась я из захвата «братца» и поспешно вернула платок на место, потому что он все-таки съехал с волос в процессе нашей возни. – Это уже ни в какие рамки не лезет! Что ты себе позволяешь?! Целый день только и делаешь, что путаешь мне все карты!

– А ты ведешь себя как полная идиотка!

– Молчи! – предупредила я, взвизгнув в конце фразы.

– Я раз стерпела, когда ты меня дурой назвал, два стерпела, на третий – тебе не жить!

– Мы с тобой договарривались, что никаких сомнительных связей не будет! А ты ему чуть ли не в ноги упала!

– Что я чуть не сделала? – пораженно переспросила. – Я всего лишь флиртовала.