Недотрога в Академии или никогда не влюбляйтесь в ректора!

А еще с ректором обязательно посоветуюсь. И с леди Аморией. Вот когда встретимся с ней, тогда спрошу обо всем- обо всем, а не только о Жемчужинке.

– Нет, не сплю! – закашлявшись, крикнула я Тарике. – Подожди, сейчас открою.

Тарика, раскрасневшаяся, довольная, прижимала к себе пакет из промасленной бумаги.

– Ну ты даешь, Лилиана! А я думала, ты все уже, спишь, раз на ужин не пришла.

– Принесла тебе теткиных пирожков. Не голодной же тебе спать ложиться, – и она протянула мне пакет.

 

Мамочки… А я ведь действительно даже про ужин забыла.

Может быть, медитация все-таки не была совсем никудышной? И пусть я не увидела своего источника, но помню же, что если времени не замечаешь, то есть от медитации толк. Или будет. 

Хорошо бы.

– Ой, Тарика! Спасибо большое, – я растерянно взяла протянутый пакет.

– Проходи, – посторонилась.

Тарика быстро заскочила в комнату, сразу все рассмотрела и неожиданно завизжала, тыча пальцем в храпящего Жемчужину:

– А-а-а! Кто это у тебя? 

Я улыбнулась:

– Котик мой, Жемчужинка.

Ты же его видела, чего орешь-то?

 

Тарика закрыла рот ладонью и недоверчиво спросила:

– Это КОТИК? 

– Да котик, котик. Не бойся. Просто он очень сильно вырос. И растет не по дням, а по часам, – вздохнула я.

Жемчужинка дрыгнул задней лапой и приоткрыл один глаз.

Заметил Тарику и открыл другой. Унюхал пирожки и вскочил на все четыре лапы.

Нет, я была не права. Он еще подрос. Жемчужина на ошейнике вспыхнула в свете магического светильника.

Вот как так получается, интересно? Котик растет, а ошейник расширяется, подстраивается под новые объемы, выходит?

Да, сильна леди Амория.

Вот бы мне такую силу, давно бы источник свой увидела и разрабатывать принялась!

 

Жемчужинка вальяжно подошел к Тарике и сунул нос в ее пустые руки.

Тарика замерла и беспомощно уставилась на меня. 

– Он меня не сожрет, Жемчужинка твой?

– Пирожки он точно сожрет, если дотянется, – сердито сказала я и убрала пакет подальше.

 

Жемчужинка посмотрел на стол и обиженно мяукнул.

– Тебе нельзя, Жемчужинка! Смотри, скоро в дверь не пролезешь, – выговорила я коту, хоть самой жалко было на него смотреть. 

До чего дошел котик. Раньше он на пирожки бы никогда не посмотрел. Ему и крыс всегда хватало. А тут…

– Это точно, – Тарика успокоилась, – если он будет такими темпами расти, то его на конюшню отправят. Ну, или в виварий.

При слове “виварий” шерсть у Жемчужинки поднялась.

– Не бойся, маленький.