Фабрика фамильяров

— Значит, отдаем змеиному королю то, чего в норе не ведаем? ― Обвела я взглядом своих фамильяров.

Все-таки они в местных реалиях получше моего разбираются, так что их мнение ― пока единственное, на что я полагаться могу.

― Отдаем, ― неохотно кивнули Фьямма и Тер Рубино.

Айсишелла наше общее решение никак не прокомментировала. Змеюка, что с нее взять!

― Заткните уши, ― скомандовала она. ― Вам песнь призыва лучше не слышать. А ты, Фиона, крышку погреба откинь. Открой своими руками дорогу королю.

Я быстренько прошла в кухню, открыла погреб, потом приютилась там же в уголке на табурете и прикрыла уши ладонями.

Тер Рубино заслонил голову крылышками, Фьямма свернула ушки трубочками и для надежности прижала лапками к голове.

Айсишелла взобралась на откинутую крышку и начала ритмично извиваться, то свиваясь кольцами, то складывая свое тело в неведомые мне знаки. Танец ее даже без звука выглядел завораживающим настолько, что я слегка потерялась во времени и пространстве, забыла себя и начала слегка покачиваться.

Очнулась только тогда, когда в приоткрытое окно просунулась змеиная голова. по размерам ― никак не меньше моей. С сияющим, будто россыпь алмазов, ромбом чешуек сразу за глазами. Остальные чешуйки были угольно-черными.

Завидев Змеиного короля, я хотела было завизжать, как при встрече с самой змеюкой, да голос пропал. И пока я сидела, беззвучно хлопая ртом, Змеюка скользнула в погреб, а призванный ею огромный змей вполз в дом целиком и, не обращая на меня и моих фамильяров внимания, двинулся следом за Айсишеллой.

Только тогда я решилась опустить руки, схватиться за кружку с водой, которую очень вовремя придвинула мне Фьямма, и после двух долгих глотков спросила:

― Вы его видели?!

― Раньше ― нет, ― тихонько шепнул Тер Рубино.

― И мне не приходилось, ― подтвердила медвекошка.

― Он же огромный, как анаконда! И наверняка такой же опасный! ― Не удержалась, выплеснула я свои страхи. ― Такой проглотит и не заметит! Я еще пылевого демона звать боялась… Вот кого бояться надо!

― Надо, но не того, что съест.

Змеиный король людьми не питается, а вот по коварству ему нет равных! Впрочем, как и по ядовитости. ― Вздохнул Тер Рубино.

― Да и магии у него столько, что иным ведьмам и магам только мечтать, ― добавила Фьямма.

Пока мы переговаривались, настороженно поглядывая на темный провал входа в погреб, оттуда вдруг донесся громкий, похожий на завывания вьюги, свист, потом грохот, словно от горного обвала.