Запутанные строки любви

И как назло, стук колёс всё ближе и ближе! Да я же на месте умру, если меня в таком позорном наряде увидят, да ещё на заборе висящую!..

Пару раз качнувшись, цепляюсь рукой за острый прут. Ага-а-а... Кончик железки юбку проткнул практически у пояса. Ну, тут два варианта: либо разорвать юбку, либо попытаться вытащить... И второй предпочтительнее. Миа меня живьём за эти наряды съест!

А стук колёс всё ближе и... О богиня, сюда карета заворачивает!

Изо всех сил дёргаю пышную юбку на себя. Раздаётся громкий треск ткани, и я чувствую, как теряю равновесие.

Последнее, что вижу, — заросли молодой крапивы.

Единственное, что успеваю сообразить, — надо прикрыть руками лицо.

Ох, какой позор! Какой кошмар! Ужас! Сты-до-бища! Разумеется, меня во всех этих нарядах из кареты видно. Слухи теперь поползут... Стоп. Карета? Здесь? У нас?..

— Эй, ты в порядке?

Пара сильных рук непозволительно грубо хватает меня за плечи. От неожиданности пытаюсь отбиваться, но только сильнее обжигаюсь об крапиву.

— Да пусти меня! Я всё брату расска... Питти? — Рыжий здоровяк кивает, а я не могу в это поверить.

Нет, я слышала, что мальчики растут как-то иначе, но не до такой же степени! Где мой милый пухлячок, с которым мы играли в карты прошлой осенью? И что стало с его нелепым рыжим пучком на макушке? А ещё мой Питти был со мной одного роста, а этот на голову выше...

— Я это... Ну, так и подумал, что ты через забор полезешь.

Даже голос не его! Если бы не розовые щёки, усыпанные веснушками, и смущённый взгляд, ни за что бы его не узнала!

— Да я это.

И стоим. Смотрим друг на друга, как два дурака.

Если честно, я даже слова нормально не могу подобрать. Сначала наряд, теперь другой Питти, дальше что? Солнце взойдёт на западе, а Жан станет вежливым?..

— Ага-а-а, попались! — А вот и чародей, лёгок на помине! — У-у-у... Всё. Вырвалась из нашей Литы леди лучше-всех-на-свете.

Из сухих кустов практически вываливается Жан. Он-то по нашей тропинке пошёл, огородами!..

— Ах, что же это за противная вонь? — демонстративно зажимаю нос двумя пальцами, — а-а-а, так это же Жан-золотарь собственной персоной! Добро пожаловать, сударь!

Насмешливый книксен выводит его из себя. А я уже забыла, как забавно он бесится.

— Ах, ваше высочество, Вы сегодня просто сияете, — Пит расшаркивается в поклоне.