Пламенеющие Небеса. Книга Вторая. По ту сторону Нерушимых

У никтоварилианцев, по меньшей мере, получилось это прекрасно в первую аудиенцию у Императора.

– Разумеется, о Полуночные, – впервые за всю встречу послышался низкий, глухой, почему–то с хриплой ноткой голос. Науры оставили зал первыми, с тихим переливом арф испарившись в воздухе, советники, повинуясь жестам Императора, мгновенно скрылись за дверью, оставляя в зале лишь меня, Дорра, герцога Фэрта и Императора… Стража так и не появилась, когда я, подбирая юбки, направилась к выходу. Теплый тигриный бок прижимался к бедру, Дорр старался идти наравне со мной, тихонько поуркивая, когда меня остановил тот же низкий голос.

– Принцесса Алеандра, могу ли я просить вас задержаться на несколько минут? – я понимала более чем хорошо, что ни одному правилу этикета и формальностям отказ бы не соответствовал и соответствовать не мог, но в голове бушевало слишком много мыслей и вопросов, и я, обернувшись к приблизившемуся мужчине, за спиной которого, на расстоянии нескольких шагов, застыл самир, внешне невозмутимо–дружелюбный, впервые за долгое время (возможно, за все знакомство) устремила взгляд прямо в его глаза, стараясь сохранять голос как можно ровнее.

– Мне требуется время, чтобы обдумать условие науров и возможные последствия. Прежде, чем я приму или отклоню прозвучавшие условия.

– Ваше Высочество, – мягко прервал мужчина, медленно, нарочито вежливо и спокойно, сделав еще шаг в мою сторону. – Я опасаюсь, вы могли неверно воспринять произошедшее. И, уверен, есть некоторые моменты, которые нам все же следовало бы обсудить и разрешить до того, как вы примете решение.

– Вы имеете в виду ситуацию с платьем для первой аудиенции у вас, – уточнила я, наблюдая за спокойным, чуть склонившим голову набок мужчиной. Сейчас, когда мы оба стояли, и довольно близко, оказалось, что правитель Никтоварильи был очень высоким, намного выше меня, и пришлось поднять голову, чтобы смотреть собеседнику в лицо. – То, что меня содержали до нее как пленницу, хотя границы Империи я пересекла законно, то, что вы унизили меня, предлагая деньги за помощь пострадавшему… Или же, если, разумеется, мои подозрения верны, и вы приложили руку к ранее прозвучавшим условиям, то, что вы… собственно, выдвинули подобные предположения? – во взгляде Императора Арэна на мгновение, глубоко в темно–карих глазах, промелькнули показавшиеся даже довольными огоньки, бровь едва заметно приподнялась, как и искаженный шрамом уголок рта.

Однако это не напоминало ни нервную улыбку, ни гримасу злости или оскорбления.