Маяк №5. Книга 2

Сокрытием всегда владел только род нье’Ринд. Эмпатия между Навигаторами, долгое время живущими вместе. Многократное усиление сил у Навигаторов, находящихся рядом. Как включается это умение и на кого может подействовать доподлинно неизвестно.

Силы не постоянны, они могут передаваться через поколение или же быть в каждом, набор в индивидууме разнится. Ваш отец, госпожа, разработал обучающий курс, который позволит Вам раскрыть силы и улучшить владение ими. Вы можете приходить и заниматься с его голограммой в любое время.

У меня ёкнуло сердце.

- Я хочу начать прямо сейчас.

Рядом со столом материализовалась голограмма отца, сидящего в позе лотоса. Он приглашающе махнул мне рукой, и я села напротив него, постаравшись так же скрутить ноги кренделем.

- Задавай вопросы, дочка. Я постараюсь ответить на них.

- Сколько времени займёт обучение?

- Около года при регулярных занятиях. И помни про Бремя: твоя сила растёт, пока ты с честью несёшь его. Инлина рассказала тебе о нём?

- Да, отец.

Я должна оказывать помощь всем, кто в ней нуждается.

- Бремя альтруизма… Мне передал его отец, когда начал учить меня владеть силой. Но загвоздка в том, что ты должна помогать не по велению Бремени, а потому, что так поступать тебе велит сердце. Пока ты не знала о Бремени, именно так и получалось, и сила твоя росла, не так ли?

- Да, отец.

- Теперь же тебе нужно научиться абстрагироваться от мыслей о Бремени. Этим мы и займёмся сегодня…

Так и получилось, что ко всем заботам добавилось овладение силой.

Команду и Аликса я предупредила, чтобы, пока я в комнате, меня никто не беспокоил. От того, как быстро я овладею навыком, зависит успех нашего предприятия.

А ещё в последние дни меня ужасно выматывало, что Крэйв и Лунморт упоённо меряются… величиной заботы обо мне. Право, это приобрело черты некого соревнования!

Как-то я проснулась и увидела стоящий на тумбочке огромный букет бледно-розовых, почти белых роз. Рядом лежала карточка: «Хорошего дня!» с подписью: «Лунморт».

Оу! У него шикарный почерк! Джейн Остин и её современники наверняка позавидовали бы такому: со всякими завитушечками и финтифлюшечками, толщиночками и тончиночками в строго отведённых местах. Просто мечта каллиграфа!

- Аликс! - неуверенно позвала я.

Тот как будто ждал: Родриго появился в несвойственном ему виде - в длинном тёмном плаще. Голограмма подошла ко мне поближе и резко распахнула плащ, откуда на меня повалились голографические розы.