Глубокие Темные Волны

Она не даст мелочам задержать ее.

Неста выскочила наверх, проехалась по площадке. Та тень была впереди. Из последних сил Неста стукнула трезубцем, порождая волну, и культист в плаще упал. Мыча что-то, он принялся отползать в угол.

Неста хотела задать ему миллион вопросов, но ей не хватало дыхания. Держа наготове оружие, она медленно направилась к фигуре. Следовало быть наготове, он мог быть все еще опасен.

Но это был… не тот культист. Она не узнавала это искаженное лицо, испещренное черными прожилками. Не тот линей — какой-то мелкий прихвостень, незнакомец!

Он не выглядел как кто-то, кто хочет разговаривать.

Его кожа – слишком бледная, лопнувшие сосуды в глазах чересчур заметны. Руки тряслись, когда он пытался подняться хотя бы на локтях.

— Он не скажет ни слова, — от звука этого неправильного голоса даже культист подскочил и вздрогнул, не говоря уж о Несте. От внезапности девушка чуть не подпрыгнула сама.

Креллион бесшумно вышел на свет, мерцая золотыми узорами на коже.

Что он тут делал?! Почему он, почему сейчас?

— Я проник сюда вместе с песком и землей, когда вы открыли дверь, — пояснил он, опережая вопрос Несты.

Его легкий халат норовил вот-вот раскрыться, и видеть это кассиде не слишком хотелось. Она вновь обернулась к культисту.

— Где остальные?.. рыцарь и линей?

— У него нет языка, он ничего не скажет, — вновь встрял Креллион. Как удобно! — И нет разума. Взгляни на него.

Неста нахмурилась. Взглянула пристальнее. Он искажался, чернота проступала в разных участках его тела.

Еще немного, и он стал бы одним из чудовищ пустыни.

Проклятье.

Обернувшись к Креллиону, Неста заметила, чтобы дать себе время и понять, что делать:

— Вовремя ты. То о тебе никто не слышал, то ты везде, и даже здесь.

— Я – дух. Я могу появляться как угодно и где угодно. Не измеряй меня привычными мерками, — он перевел взгляд на молчаливого культиста с больными глазами. – Этот бесполезен. Лишен языка, лишен ума. Думаю, час-другой, и он заходит разве что как голодная плоть.

Чего-то этот Креллион от нее хотел, это Неста знала.

— И что ты предлагаешь?

— Закончить его страдания, — сказал Креллион. — Это будет милость. Милость ради него и остальных. Посмотри: он уже не понимает, что мы говорим.

Культист казался больным. Он смотрел на них, но словно бы мимо. Его свело судорогой.

Милость… может, и милость. Может, он и прав.

Неста вспомнила чудовище, что чуть не стоило ей рассудка в пустыне. Сосредоточившись, она выдохнула и позволила себе отрешиться.