Глубокие Темные Волны

Интересно, каким он был в молодости? И сколько ему лет на самом деле?

Неста едва заставила себя не глазеть на рыцаря и вернуть внимание к дороге. Замок вблизи ощущался меньше. Говорят, в мирах-осколках есть замки размером с города; говорят, такие старые огромные храмы есть и в королевстве. Но здесь и сейчас оказывалось, что крепость герцога немногим больше форта кассиды на скале.

Едва решетка охранной арки опустилась за их спиной, Кисэйл Дайн вполголоса произнес:

— На большей части местной территории находиться запрещено и карается.

.. мерами. Герцог параноидален. Лишний шаг не в ту сторону может дорого обойтись, — по лицу Кисэйла было довольно ясно, что он об этих мерах думает.

Наверное, ему все это казалось смешным. Неста слышала, что в Адаране порой маленькие церквушки были больше размером, чем весь этот пыльный дворик с укреплением.

Они двинулись дальше, не сходя с пыльного ковра-дорожки. Неста осматривалась, стараясь отметить все, но сделать это максимально незаметно для вероятных наблюдателей.

Небольшая лестница. Незначительный коридор. Стражи с сонными лицами и отсутствием энтузиазма во взгляде. Подглядывающая служанка, которая повела их в совсем узкий боковой коридор, а вовсе не в тронный зал, где, подразумевается, герцог и принимал посетителей.

А затем они остановились перед тяжелой дверью. Кисэйл демонстративно дождался, пока служанка уйдет, а затем сосредоточенно взглянул на кассиду и сказал:

— То, что вы сейчас увидите, никогда не должно выйти за пределы помещения.

Никому. Даже вашим близким. Это ясно? — он всматривался в нее так, что становилось ясно, почему его боялись даже старики из стражи. — Не выдавайте никакой необычной реакции. Ничего. Будто бы не видите вообще ничего особенного.

Все это становилось абсурдным и начинало пугать. Неста серьезно кивнула, хотя больше всего хотела засыпать его вопросами.

— Мои губы прошиты нитями обещания, — пошутила она с серьезным видом, но Дайн поморщился.

— Не говорите так, накличете адаранскую клятву. Это отвратительный опыт.

Уж он-то должен был знать, Лезвие Веры в его должности должен был давать с десяток таких нерушимых клятв.

— Хорошо, без шуток. Я вас поняла.

Кисэйл все же помедлил, прежде чем открыть дверь. Наверное, это могла бы быть нерешительность, будь вместо него кто-нибудь другой.

Комната, маленькая, слабо освещенная, душная.