Аудитор

Кристиан так и стоял у двери, молча наблюдая.

— Я помню, как сама попала туда. — Я обняла себя руками. — Меня обвинили… — Я сделала судорожный вдох. — В ведьмовстве. И испытывали… — Каждое слово давалось мне с трудом. — Иглами, каленым железом, водой….

— Ты была ведьмой? — Первые слова, которые я услышала от него.

— Ты что бредишь? — Я встрепенулась. — Это был век промышленной революции, 1885 год. Какие ведьмы? Я была телеграфисткой. — Я замолчала и отвернулась к окну.

— Я сказала «нет» человеку очень жестокому и порочному, никогда не знавшему отказа ни в чем, имеющему неограниченную власть в нашем городе.

После этого, в назидание другим, он уничтожил все, что мне было дорого. А потом меня обвинили…

— Мой голос с каждой фразой делался все тише. Я силой проталкивала воздух в легкие. — Он пытал меня лично… — Я порывисто обернулась к Гро, и влажные волосы хлестнули меня по лицу. — Перед каждым ударом или прикосновением каленого железа он шептал мне «Ты убила свою семью, ты виновата в их смерти», и это было тяжелее всего.

Перед глазами стояли их мертвые лица.

Кристиан подошел ко мне и взял за плечи.

— Прекрати! Ты ни в чем не виновата!

Он слегка встряхнул меня. Но память услужливо подсовывала мне видение младшего братишки, мертвое тело которого я, рыдая, прижимала к себе, его кровь на моих руках и одежде. Так я и открыла дверь пришедшим по мою душу горожанам: растрепанная, в окровавленной одежде и с безумным взглядом. Его расчет был верен.

Никто не заступился за меня, никто не верил в то, что я ведьма, просто испугались.

— Я виновата во всем, — обреченно шептали губы. Я посмотрела в черные глаза Кристиана.

— Я каждую минуту мечтала умереть, мечтала, чтобы все закончилось. И все закончилось. На испытании водой меня связали и бросили в озеро. И я не всплыла.

— Ты очнулась на Границе.

— Я очнулась на Границе. Женщина, велевшая называть ее бабушкой, выходила меня. Она сказала мне потом о моей необычной силе.

Кристиан вдруг обнял меня, я сначала опешила, а потом прислонила голову к его груди и постепенно стала успокаиваться.

— Что еще ты помнишь?

— После Границы? Помню ритуал. А потом больницу. Подожди… — Я отстранилась, заглянув Кристиану в глаза. — Прошло больше 130 лет. Как такое возможно?

— Думаю, это мы узнаем у нашего общего знакомого. Я знаю только то, что видел собственными глазами. После ритуала ты просто исчезла. Будто растворилась в воздухе.