Попаданка, открой свое сердце

— Я поняла, что ты богат. По-крайней мере в моем мире все атрибуты богатства были при тебе — шикарное поместье со слугами, которые чуть ли не в рот тебе заглядывают, ты ни в чем мне не отказывал, можно сказать, сорил деньгами… Может быть в вашем мире это и не признаки роскоши, но человек в здравом уме не будет шляться по опасному лесу, если ему не нужны деньги (или что еще?).

— В твоем мире? — переспросил Хант, — хотя… это многое объясняет, твои реакции и поступки.

Настя натянула поводья, остановила лошадь. Та встала как вкопанная.

Девушка поняла, что проговорилась. И украдкой посмотрела на Ханта.

Мужчина на черном коне проскакал несколько метров, прежде чем понял, что Настя осталась позади. Он развернулся и поскакал к смущенной девушке.

Поравнявшись с Настей, он переложил поводья в одну руку, а другой коснулся ее лица.

— Малышка, золотце. Это ничего не меняет по отношению к тебе. Просто все стало понятно. Ты хочешь понять, как я стал охотником за головами?

Да, я вполне мог безбедно жить в Зачарованных озерах.

Купить какую-нибудь лавочку, да и все на этом. Но сначала месть, а потом, пожалуй, скука. не дали мне такой возможности.

— Месть? — немного испуганно переспросила Настя.

— Скорее, больше скука. Не бери в свою очаровательную головку. Это история давняя, я как-нибудь тебе ее расскажу. А ты расскажешь мне о своем мире?

Голос Виланда у Насти в голове пробубнил, что Хант ни за что не расскажет об этом и поздравил с тем, что девушка раскрыла свои карты.

Настя лишь слегка повела плечами, сделав жест, словно смахивает с себя пылинку.

В комнате, в которой сидел Виланд и спала Зименея, вновь погас телевизор. Мужчина усмехнулся, тяжко вздохнул и тихонько включил телевизор.

Тем временем Хант и Настя уже бодро скакали по дороге. Девушка совсем осмелела. И даже попыталась обогнать седока на черном коне. Она весело смеялась, а ее высокий хвост вторил ее скачущим движениям, развевался по ветру.

За наездницей было интересно наблюдать, любоваться и рассматривать, незаметно скользя взглядом по фигуре.

Этим и занимались двое — Хант, специально замедливший свое движение, чтобы Настя вырвалась вперед, и грустный, задумчивый Виланд, отслеживающий передвижения девушки.

Зименея зашебуршалась, проснулась, развернулась и спросила — «Что происходит? Они что едут на лошадях?»—а после, немного бухтя, добавила — «Молодец, хоть починил этот управляющий жезл». Она присела рядом с Виландом.

Виланд положил пульт на подлокотник дивана.