Любимая воина и источник силы

Мы не были близки со сводным братом, да я могу по пальцам пересчитать случаи, когда, вообще, перемолвились хоть словом. Но, ипостасью клянусь, тут явно что-то нечисто. Не верю я в болезнь наследного принца. А вот в то, что отец и его заставил принести клятву верности на источнике – очень даже. Но тогда, если я прав, то выходит он заговорщик?

Принц Норанг старше на двенадцать лет. Он всегда относился ко мне, только как к бастарду, хоть я и был признан отцом сразу после рождения. Император любил мою мать, гораздо больше, чем покойную королеву, и, похоже, это Даториана задевало.

Что ж, я это я мог понять, а потому не держал обиды.

Теперь я отчасти понимал, почему отец меня сюда отправил и для чего был нужен этот фарс. Весьма убедительный, кстати.

Вердерион Аллакири эрсман гораздо более значимая политическая фигура, чем Вердерион Аллакири рядовой. В случае заговора, я как верный подданный империи гарантированно встал бы на защиту императора. За мной пошла бы и большая часть войск. Логично, что такую фигуру попросту постарались бы устранить ещё до того, как вскроется заговор.

Тогда-то меня и осенило – уже пытались!

Перед глазами промелькнул тот самый бой во время Первой ночи. А это навело на новую мысль. Выходит, Даториан как-то связан с культистами? Но это уже измена! Возможно ли, что и покушение на него всего лишь инсценировка? Своего рода алиби? А чтобы принц все же предстал перед судом нужны веские доказательства. Может, именно поэтому мне приказано следить за нейтральным источником?

После всех этих выводов я занялся наблюдением с усиленным рвением.

Оборудовал несколько точек на деревьях, куда легко переносился тенями при необходимости. И даже спал в зверином обличии, что делало сон более чутким. Единственная проблема, приходилось чётко следить за временем, проведённым в ипостаси. Но и тут я отмечал, что почти не испытываю прежних неудобств. На удивление покладист стал мой зверь, небывалая гармония царит между нами.

Сидя в секрете, устроенном в развилке ветвей могучей сосны, проводил глазами наш патруль, совершающий вечерний обход, вокруг источника.

Выждал, пока пройдут замыкающие оборотники. Мелькнули внизу серые спины и исчезли между могучих стволов. Зевнул, окинув взглядом набившую оскомину картину.

Идеальная двадцатиметровая сфера нейтрального источника, как гигантская драгоценность, наполовину погруженная в выступ скальной породы словно в оправу. Или скорее жемчужина, под прозрачной поверхностью которой клубится облаками энергия.