Дочери богини Воды. Река забвения

Иногда по вечерам женская половина работного дома позволяла себе мечтать. Воображение, измученное нудной работой, рисовало им, несчастным, несбыточные картины светлого будущего: богатых мужей, находчивых любовников, уютные дома, обставленные по последней моде, умных детей и ответственных горничных. Это были мечты о другой жизни - сладкой, как воздушная вата, которую они пробовали на ярмарке в редкие праздники. Женщины были в своем праве немного помечтать перед сном. Иначе не выжить. Никак не выжить в бесконечном лабиринте тяжелых рабочих будней.

- Но для того, чтобы накопить на свой дом, нужно работать в лавке родителей, – продолжал Терри. – По крайне мере, мои родители так считают. Понимаешь, семейное дело пора кому-то перенимать, а вышло так, что я – единственный сын. Но у меня, помимо родительских чаяний, есть свои мечты. – Терри замолчал, словно раздумывая, стоит ли рассказывать про мечты странной девушке из работного дома. Сорвал травинку, пожевал, потом твердо произнес неизвестно к чему: - Я люблю учиться.

Любит учиться. Похвально. Гведолин не умела ни читать, ни писать. Она тоже хотела бы научиться, но не было ни времени, ни учителей, ни денег.

- И что ты изучаешь?

- Право человека в Мернской академии наук.

- О! – Восхищенно протянула Гведолин. – Выходит ты... ты...

- Студиозус, да. Третий год.

- Сколько же тебе лет? – вырвалось у Гведолин прежде чем она сообразила, что наверное, спрашивать об этом невежливо и прикрыла рот ладошкой.

Терри рассмеялся.

- Двадцать. А тебе?

- Семнадцать.

- Надо же, - протянул Терри, а выглядишь старше.

- А ты – моложе! – бросила в ответ Гведолин, надеясь уязвить языкастого парня, но снова поняла, что сказала что-то не то. Выглядит она старше, надо же!

- Ладно, Гвен, не злись, - примирительно сказал Терри, повернул в ее сторону голову. – Я не специально. Я всегда так – говорю, что думаю. Многим не нравится, но мне плевать.

Везет. Ей бы так.

Терри сгрыз травинку, выплюнул, потянулся за другой.

- Родители только не одобряют.

Они у меня люди простые, рабочие лошадки. Им эти мои, как они выражаются, «ученые выкрутасы», как собаке кость в горле. Меня с первого раза в Академию взяли, родителям бы радоваться, а они нос воротят. Вот так и живу, Гвен.

Терри встал, подтянул к себе заплечную сумку.

- Ну, а ты, Гвен? – спросил он, вызывающе прищурившись. – У тебя есть мечты?

Есть. Девчоночьи мечты о прекрасном доме и богатом муже. Но стоит ли рассказывать ему о таком? Нет, определенно не стоит.