Плата за наивность

Наверное, Регина на моем месте просто млела бы от счастья, от столь явно выказанной симпатии. Но мне скорее было неприятно.

– Если вы продолжите стоять здесь как столб, – заметила я, пытаясь от него отстраниться, – то от гауптвахты вас ничего не спасет.

– Почему вы так упорно не хотите давать мне ни единого шанса?

– А почему вы так упорно пытаетесь этот шанс получить?

– Не знаю, – улыбнулся он. – Вот и хочу узнать, почему.

Стал он при этом необычайно привлекательным.

Пожалуй, его улыбку можно считать оружием нападения, не улыбнуться ему в ответ было очень сложно, но я смогла и даже виду не подала, что мне этого хотелось.

– Пойдемте, – теперь я потянула его вперед, и он неохотно тронулся с места. – Мне кажется, есть знания, без которых можно прекрасно обойтись.

– Не получается, – ответил он. – Вы мне снитесь, а днем я постоянно о вас думаю. Странное состояние, у меня раньше такого не было.

Это было почти признание в любви.

Я не знала, сердиться мне или расстраиваться. Любой девушке приятно услышать такое от поклонника, и я не исключение. Но было два момента, которые отравляли всю прелесть его слов. Первый – интерес, и нешуточный, к нему моей подруги. И второй – сам он, при всех своих достоинствах, не заставлял мое сердце биться чаще.

– Я думаю, Николас, это скоро должно пройти, – твердо сказала я. – Я и привлекла ваше внимание тем, что не выказала в вас заинтересованности. Стоило мне повести себя, – я хотела сказать «как Регина», но вовремя опомнилась, – как ведут себя обычно девушки в вашем присутствии, и вы бы обо мне не вспомнили уже на следующий день.

– Вы так думаете, Штефани? – с сомнением в голосе спросил он.

– Уверена.

– А давайте попробуем? – неожиданно предложил он. – Вдруг и правда пройдет?

– Что попробуем?

– Вы попробуете вести себя так, как необходимо для того, чтобы у меня пропал к вам интерес, – пояснил он.

 – А я попробую избавиться от навязчивого желания вас поцеловать.

А избавляться от него Лоренц явно собирался путем воплощения этого самого желания в жизнь. Вон как глаза хитро поблескивают. Или это отражение осветительных шаров? Я нахмурилась. Разговор выходил за рамки, которые я считала приличными.

– Николас, вам придется избавляться от собственных желаний без моей помощи, – предупредила я его. – Я не хочу с вами встречаться.