Проклятые сны

Ход пещеры постепенно сужается, что заставляет отчаянно шарить взглядом вокруг в поисках бокового ответвления, ямы или схрона, чтобы попытаться, если не убежать, то хотя бы спрятаться. В состоянии лютого стресса информация о саламандрах всплыла в голове сама по себе – нюх у них был из рук вон плохой, по запаху вряд ли найдет. Но как выиграть те самый необходимые несколько секунд форы?

Неловко задеваю плечом валун, не вписавшись в изогнувшийся проем, и тут же новая струя пламени освещает путь. Уже не визжу – экономлю дыхание.

Несмотря на изнурительные постоянные тренировки ноги уже наливались тяжестью, а воздуха не хватало, отдаваясь тянущей болью в боку. Именно в эту секунду я, наконец, поверила Нерону, который говорил, что я не в лучшей форме. Что нужно быстрее, сильнее, выше, дольше. Господи, да если я отсюда выберусь живой и здоровой, то я буду тренироваться так, что из зала меня на руках выносить будут!

То, что это сон мелькало уже на грани сознания. Впрочем, остановиться я бы не рискнула.

Кто может дать гарантию, что сердце не остановится от страха или жара, который, несмотря на вымышленность, ощущался чересчур горячим, обжигая кожу даже на расстоянии?

Как успеваю увидеть валун, держащийся на невысоком выступе «на честном слове» - не знаю. Похоже, что ангел-хранитель бежит рядом, давая указания. И я замедляюсь ровно на секунду, успевая отточенным ударом ноги сдвинуть камень с места. И тут же бегу дальше, молясь всем богам, чтобы сработало.

И грохот, раздавшийся за миг до пронзительного верещания, звучит победным маршем, давая мне уйти в такой необходимый сейчас отрыв.

Только я одного не учла.

Освещение, создаваемое струями огня, которыми так настырно плевалась в меня саламандра, тоже осталось далеко за спиной. Поэтому, пробежав наощупь и наудачу еще метров шестьдесят, я наткнулась на очередной выступ, больно ударившись плечом и оцарапав щеку. И тут же юркнула за него, присев на корточки. Стараясь дышать как можно тише, несмотря на нехватку воздуха и боль, разрывающую легкие.

Это был самый жестокий забег с препятствиями в моей жизни. И мне дико хотелось, чтобы он уже, наконец, закончился.

Сердце бьется где-то в горле, а медленно приближающееся цоканье в полнейшей темноте держит в таком напряжении, что мышцы звенят натянутыми струнами, едва не лопаясь от малейшего движения.

Цок. Цок-цок-цок. Цок.

Саламандра приближается неумолимо, обшаривая каждый угол.