Проклятые сны

- Ну, что застыла? Иди сюда, так и быть, - продолжал откровенно куражиться палач, рассматривая меня маслянистым взглядом опухших глаз, выдающих злоупотребление горячительным накануне. Грязная рубаха и густая поросль русых волос на груди, выбивающихся в широком разрезе довершали отвратную картину, - сделаю одолжение, вижу, что не местная. Развлекись, красавица, разрешаю! Отблагодаришь потом!

О характере этой самой «благодарности» я догадалась сразу. И вкупе с теплом рукоятки кнута, которую мне прямо-таки впихнули в руки, это породило такую волну отвращения в груди, что меня с чувством передернуло.

Не думая о последствиях, я отшвырнула от себя кнут, как лежалый труп крысы, скривившись одновременно. И на этот раз голос меня не подвел.

- Вы в своем уме? Я сказала немедленно прекратить! Отпустите их!

Вновь наступившая тишина давила на уши, но продержалась она недолго, хвала небесам, сменившись недовольным ропотом. А лицо палача трансформировалось из охреневшего в раздраженное, явив довольно устрашающий контраст…

- А ты часом не блаженная? – Он будто демонстративно повел плечами, хрустнувшими при этом простом движении чересчур громко.

– Али роняли в детстве? А ну пошла вон отсюда, пока я добрый!

Я помнила, что это сон. Помнила, что все не по-настоящему. Но холодок страха все равно заструился между лопатками. Несмотря на тренировки, несмотря на подготовку, мужик простым противником в случае нападения не был. Выше меня на две головы, шире раза в три и тяжелее килограмм на сто – один удар, и ты в нокауте.

Я внутренне подобралась.

- Не пойду, - угрюмо выдохнула, демонстративно пнув кнут, за которым палач хотел было наклониться, - пока их не отпустишь.

Тишина в одно мгновение стала зловещей.

- По-хорошему, значит, не хочешь, - почему-то нараспев протянул мужик, нехорошо улыбнувшись, - что ж, придется помочь…

О первого рывка – будто неохотного, расслабленного, я с легкостью увернулась. От второго – тоже. А рев противника, недовольного юркой добычей, стал своеобразной наградой.

Приятной и, чего уж там скрывать, подбадривающей. Судя по всему, мое начинание поддерживать никто не собирался – толпа была явно на стороне палача, жаждая расправы над незнакомыми парнями.

Вот только главный вопрос незримо повис в воздухе.

Мне то до них какое дело?

Сама не знала, но отступать было явно поздно.

Еще один резкий поворот с наклоном – и пудовый кулак пролетает ровно над макушкой, не успев зацепить.