Роза чёрного рыцаря

Гэбриэл держал кристалл в кулаке и что-то в него шептал – на продвинутые драконьи технологии это никоим образом не походило.

– В прошлый раз отец обошёлся без шаманизма, – сказала Амели.

– Возможно, у него был другой артефакт, который с приборами работал, не давал им сойти с ума. У меня такого нет, к сожалению. Мне придётся работать проводником между кристаллом и вами.

– Хм. Что ж, давайте попробуем.

Огромная туча уже закрыла обзор. Горизонт пропал, утащив за собой ощущение контроля, осталось лишь войти в шквал и продержаться до пункта назначения.

Амели крикнула в трубы о готовности и вызвала Кирка.

– Я выйду на несколько минут, мистер Джефферсон. Ничего не трогайте.

Не дожидаясь ответа, она застопорила штурвал и побежала на верхнюю палубу, поймать момент, когда зажгутся огни святого Эльма. К сожалению, любимое зрелище уже началось без неё, да ещё несносный Доминик стоял у борта.

– Мистер Джонс! У вас есть чувство самосохранения?!

Ветер уже набирал силу, швырял волосы в лицо и уносил недовольные слова.

– А у вас? – парировал Доминик. – Красиво!

Он указал на огни. Свечение охватило выступающие части дирижабля, сигналя о близком ненастье. Амели против ветра дошла до Ника, встала почти вплотную, задрала голову и хорошо поставленным командным голосом отчеканила:

– В каюту. Живо.

Она училась этому специально, тренировалась перед зеркалом, но применять навык после назначения на должность капитана довелось лишь несколько раз. Первые были удачны, и этот не стал исключением: нахал насмешливо поднял брови, но к лестнице всё же развернулся.

Дирижабль тряхнуло, когда они почти спустились на вторую палубу. Доминик рухнул на пол, исхитрившись приземлиться на спину и сыграть для Амели роль подушки. Правда подушка эта оказалась набита камнями – до того жёсткое тело, – и выбила из неё дух. В каютах тоже не все удержались на ногах или на койках, стук и ругань донеслись из-за тонких стен, а с камбуза – перезвон медной посуды. По счастью, никто не выглянул в коридор.

Амели затихла и не шевелилась.

Последний раз она была так близко к мужчине десять лет назад. Это был восемнадцатилетний младший механик, который противно слюнявил её губы. Правда, вся любовь у них прошла после того, как Молли застукала их в трюме: ему досталось половником, а ей – долгий разговор по душам. Добрая повариха поведала девчонке, откуда берутся дети, и всё желание целоваться в укромных местах отпало напрочь. А слюнявый герой покинул судно в следующем порту.