Любовь (не) зависимость

Амиса отправилась мыть посуду, а мы с мамой молчали некоторое время. А потом, печально вздохнув, мама вдруг начала рассказывать.

— Я была чуть младше тебя, когда мы с твоим отцом поженились. До того дня я видела его всего раз, на одном приеме. Я не хотела выходить за него замуж, но наши родители были иного мнения, – проговорила она с легкой грустью. – Наш союз сулил им стабильность и спокойствие. Нас даже не спрашивали, чего хотим мы сами, — она хмыкнула и покачала головой. — Я сумела полюбить его только спустя год после твоего рождения.

А он... Даже не уверена, что знаю, когда это произошло. Скорее всего, он понял это в тот день, когда впервые увидел тебя. Такую крохотную, беззащитную. Именно тогда его отношение изменилось. Он стал внимательнее, добрее, заботливее ко мне. Тебя обожал, — теперь мама улыбалась.

Мне улыбаться не хотелось.

— Я рада, что в итоге вы смогли стать хорошей семьёй, — ответила я, догадываясь, к чему этот разговор.

И не ошиблась. Мама взяла меня за руку. Нежно провела большим пальцем по тыльной стороне ладони.

— Я знаю, ты считаешь, что всё, что сейчас происходит, несправедливо и неправильно. И это твое право. И тебе решать, что будет дальше. Ты можешь остаться дома, помогать по хозяйству, возможно, даже найти какую-то работу со временем, когда всё утихнет. Боюсь только, что рано или поздно тебе это надоест. Одиночество губит, милая. А другого шанса уже может и не быть, — закончила мама.

— Я поняла тебя, — ответила громче, чем хотелось бы.

Руку, что держала мама, я легко высвободила.

Резко встала, так, что ножки стула жалобно скрипнули, и ушла к себе. Ещё несколько дней назад я мечтала вырваться из комнаты и из того кошмара, в который превратилась моя жизнь. Теперь же хотелось забиться обратно в угол. И чтобы все забыли обо мне.

Позднее меня пригласили на ужин, но я отказалась. Думала, за мной придут снова, но нет. Видимо, решили пока не трогать. Аппетита не было. Я лежала на кровати и смотрела в потолок, отмечая, как стремительно наступает темнота.

Злость и раздражение кипели, искали выхода. А ещё этот господин Эртон и его странное внимание к моей персоне не давали покоя.

Уже поздней ночью мне захотелось пить, а кувшин, как назло, оказался пуст. Я взяла его, чтобы наполнить, и тихо выскользнула в коридор. Почти дойдя до кухни услышала приглушённые голоса.

Глава 5

Я обернулась на звук. Из кабинета отца, что находился в конце коридора, в темноту пробивалась полоска тусклого света.