Рождение ведьмы. Свет или тьма.

Одной оставаться в неизвестном месте, состоящем из густой и плотной тьмы, было просто панически страшно. Она сгущалась вокруг, включая моё воображение на максимальную мощность.

От разгулявшегося воображения мерещились повсюду чудовища, скрывающиеся в тумане, и выжидающие момента для нападения. Я шарахалась в панике из стороны в сторону, бежала куда-то, хотя понятия не имела, как отсюда выбраться. В какую сторону бежать? Где конец этой реальности? Как попасть в свой мир, к друзьям и брату? Одни вопросы и ответа на них у меня не находилось.

Отчаянно захотелось домой, к маме с папой. Хотела просто сидеть с ними на кухне в нашей квартире, пить чай с блинчиками, напеченными мамиными добрыми руками, макая их в любимое малиновое варенье. А папа как всегда по-доброму посмеялся бы, когда я испачкаю в варенье лицо и одежду. Он никогда не ругал меня за то, что я страдаю лёгкой формой криворукости. Не пытался давить, чтобы изменить меня. Пожурит по-отечески, посмеётся и рукой махнёт. Говорил, что только время меня исправит.

Боже, как я по ним скучаю. Кажется, что прошла целая вечность с последнего момента, как я их видела. Скучаю по маминым теплым объятиям и доброй улыбке. По папиным шуткам и толковым советам, которые не раз выручали меня.

Я предавалась тоске по родителям, и не совершенно потерялась во времени, не обращая никакого внимания на происходящее вокруг. Пока это самое происходящее не решило напором привлечь моё внимание. Что-то яркое промелькнуло прямо перед моим носом, а потом я почувствовала ощутимый удар по лбу.

Потёрла ладонью пострадавшее место. И снова глаза ослепил ярки свет, разрезавший темноту. Приглядевшись, увидела огонёк, который прыгал в воздухе прямо перед моим лицом.

Ещё какое-то время он выплясывал на одном месте, а после резко рванул вперёд. Остановился. Снова вернулся ко мне, а после опять полетел вперёд. Это повторилось раза три, когда до меня таки дошло, чего он хочет. Чтобы я следовала за ним.

Поднялась на ноги и двинулась на свет.

Огонёк подпрыгивал и быстро двигался вперёд, словно боялся, что я передумаю идти за ним и снова усядусь разводить сырость.

Двигались мы довольно долго. В непроглядной тьме мой указатель был единственным источником света, поэтому я ускорялась, боясь упустить его из виду и снова остаться одной.

Не могу сказать, сколько прошло времени, часы забыла дома, а в этом месте понятие времени явно носит относительный характер.