Измена. Осколки моей души

А что? Может в этом моей предназначение, собирали же братья Грим народные сказки, теперь на века прославились. А я могу начать собирать наши местные рецепты и советы, а потом развернуться и на другие деревни…

— Хелен, пойдем уже, — подергал меня за рукав князь. — Сил моих больше нет их советы выслушивать.

— Это вы, князь, зря отмахиваетесь. Житейская мудрость дороже золота! — я была еще под влиянием вдохновения.

— Золото и серебро я предпочитаю больше. — фыркнул князь.

— Оно и видно. Пойдемте, день сегодня обещает быть долгим.

— А не плохо было бы уже и пообедать.

— Еще скажите, что после обеда желаете отправиться на дневной сон.

— А что можно?!

— Нет, конечно! Уж вы, князь, как хотите, но раз вызвались помогать, то эти четыре дня с кухни ни ногой.

— А что мне за это будет?

— Пирожок дам.

— Не надо мне пирожков! Я уже на этой вашей кухне надышался пирожков. Я хочу поощрение от тебя Хелен.

— Я буду вам, князь, очень благодарна. Могу даже грамоту выписать, но это не точно, надо узнавать.

— Какую к лешему грамоту? Обещай мне поцелуй. В губы.

Я задумалась. Терять сейчас лишние руки никак нельзя, я этим на кухне всех подведу, но и целовать князя было неправильно. Значит, надо, как джин из восточных сказок, найти какую-то лазейку в нашем уговоре.

— Ну что ж… Если вы отработаете на кухне эти четыре дня, то я обещаю, что вы увидите поцелуй в губы. — сказала я как можно более не принужденно.

— Согласен! — на мое счастье мужчина не стал задумываться о смысле услышанного, сразу видно человека, не бравшего рассрочку в банке.

Глава 21

Дни «прихода ходоков», оказались настолько тяжелыми, что я засыпала, едва моя голова касалась подушки. Ни у кого не было сил лишний раз поднять руку или открыть рот. Леонардо выглядел так, будто работал на каторге, зато стал есть все, что ставили перед ним на стол. Все-таки, труд облагораживает дворянина.

Сегодня, к счастью, больше не было никаких паломников, а наш помощник где-то отсыпался.

Закончив с завтраком, я вышла подышать во двор и села на скамейку. Закрыв глаза, я подставила лицо мягким солнечным лучам, наконец-то наслаждаясь тишиной и минутами покоя. Вскоре на меня легла чья-то тень.

— Тяжелые были дни? — напротив меня стоял хозяин имения.

— Да, работы было много.

— В следующий, раз надо будет нанять на это время женщин из деревни.

— В этот раз у нас был помощник.

— Да, я наслышан об этом.