Измена. Осколки моей души

Я подошла ближе к этой паре, чтобы не пропустить момент, когда у них опустеют бокалы.

— Как говориться «что имеем не храним». Зато вы, мой дорогой друг, здесь, рядом со мной, и не позволите мне скучать. — кокетливо ответила Злата.

— Если бы я только мог, я бы никогда не покидал вас. — мужчина поцеловал руку своей довольной собеседнице.

— Что поделать, мы повстречались слишком поздно. А мой супруг предпочитает общество работяг…

— Значит, это правда? Дарен работает в поле?

— Да, и представляете, он очень горд этим.

Он говорит, что так делал его дед. Но разве стоит равняться на прошлые поколения? Особенно сейчас, когда все так удобно продумано.

— Эта семья всегда отличалась странными взглядами. Уверен, все от того, что имение находится слишком далеко от столицы. Прогресс стоит здесь на месте, а люди по-прежнему верят в сказки. Вам не место здесь. Вы должны сиять в столице.

— Ох, не соблазняйте меня пустыми надеждами. Вы же знаете, средств и так ни на что не хватает. А я столько раз просила Дарена купить жилье в столице и оставить это унылое место.

Марсеус, вы не представляете, на сколько тоскливо здесь вечерами.

— Моя бедная пташка, вы, словно, заперты в клетке! Только скажите, что мне для вас сделать.

— Вы же знаете, что сделать ничего невозможно! Ключи от моей клетке в руках мужа.

Похоже, не только Дарен хотел бы избавиться от оков этого брака, но, раз развод здесь невозможен, на что же подбивает своего ухажера эта самовлюбленная женщина? Неужели на преступление? Мужчина, ослепленный страстью, может пойти на многое.

Устраивают ли в этом мире дуэли? Или соперников убирают по-тихому? Мне стало страшно за Дарена, ведь женщина, которую интересует лишь финансовое благо, вполне может задумать избавиться от мужа, которого она уже разорила и взяться за более выгодного ухажера. Возможно, старуха Ягыда предчувствовала опасность, но не сумела выразить ее иначе?

Тут рука Златославы потянулась за бокалом, и я ловко повернула к ней тот край подноса, где стоял фужер с каплями серебряной воды.

Марсеус тоже обновил свой напиток, и я шмыгнула в другой угол зала. На сколько я заметила, Злата относится к обслуге как к мебели, она ни разу за вечер не взглянула на меня и, если вода сработает, то никакие подозрения пасть в мою сторону не должны.

Пара, за которой я наблюдала теперь из далека, еще о чем-то поговорила, а потом хозяйка вечера поднесла свой бокал к губам и тут же дернулась, словно ошпаренная.