День за днем. Эпизод 5.

Если получится уговорить, это будет маленькая компенсация за мою нежданную подножку редакции:

- Вообще-то я могла бы попробовать уломать его на мастер-класс.

- Ну, так уломай, в чем же дело!?Это ж все лучше, чем ничего.

Егоров оглядывается по сторонам:

- Так… Кстати, а где он?

А он что, должен быть тут? Прятаться у шефа под столом? Не знаю, где он. Может, по делам мотается, а может уже вернулся в квартиру и кофе пьет:

- У меня дома.

Наверно. Шеф вдруг напряженно мотает головой и дрогнувшим голосом спрашивает:

- C Аней?

Может с Аней, может с Маней, понятия не имею, но на всякий случай реабилитирую подругу:

- Нет, один, а что?

Егоров продолжает мотать головой, не глядя в мою сторону:

- Нет, ничего, я просто так спросил.

Ревнует? Или Сомова была так неаккуратна, что сама показала свою тягу к«бывшему»? Хотя ее нетрудно было заметить по постоянным взбрыкам. Невольно усмехаюсь, и Наумыч замечает эту усмешку:

- Чего ты стоишь, улыбаешься?

Приходится выкручиваться и изображать смех:

- Н-нет… Это я анекдот вспомнила.

Но Егоров не ловится и серьезен:

- Насколько я знаю, рубрику анекдотов у нас ведет совершенно другой человек. Все, иди, работай!

Точно, ревнует! Сдерживая смех и сделав серьезное лицо, киваю, направляясь к дверям. Но улыбка все равно выползает наружу на очередное ворчание в спину:

- Стоит тут мне, понимаешь, зубы сушит.

***

А вот когда в беготне по редакции меня останавливает в холле сотрудница из рекламного отдела и пытается что-то втюхать про мелкие изменения в развороте и мы их обсуждаем, рука судьбы уже приготовилась ударить исподтишка.

Отпустив настойчивую девушку и уткнув нос в свои заметки, тихонько продвигаюсь к своему кабинету, но над ухом раздается громкий голос начальника, заставляющий вздрогнуть и вскинуть голову:

- Маргарита Александровна!

- Да, Борис Наумыч?

Мы стоим возле моего кабинета, а за спиной шефа скромно топчется Зимовский, будто бы и не причем.

- Я слышал, вы в криминал подались?

Присутствие Антона сразу указывает на источник - Пчелкин и его длинный язык.

Все-таки, придется расстрелять паршивца:

- Кто говорит?

- Стены Марго, стены.

Насмешливо смотрю на парочку следователей, доброго и злого. Я даже знаю должность болтливой стены. Шеф добавляет:

- Как известно, у них тоже есть уши.

Так они говорят или слушают? Ерничаю:

- Вот, стены, а? Сломаешь ноготь, скажут: руку ампутировали.

Мысли несутся вскачь, обдумывая, какую версию преподнести и как это сделать, чтобы притушить разгорающийся пожар.