День за днем. Эпизод 5.

***

Я не такая вредная, как наверно думает Андрей, так что и тарелку ему приношу, и бокал – ешь, пей, наслаждайся жизнью… Посиделки посиделками, но мне на моем приступке не разгуляться, есть и пить приходиться, держа посуду на весу или пристраивая на плоский верх спинки дивана. С появлением нового гостя трапеза идет ускоренными темпами не только у меня, так что освободившуюся салатную посуду скоро уношу в раковину. Через полчаса, на столе сиротливо ютятся лишь тарелки с остатками пищи, да три недопитых бокала - четвертый у Шепелева, и он потихоньку пьет из него, а Сомова что-то зависла, забыв поставить свой пустой.

Похоже, народ выдохся. Выгнув спину, потягиваюсь, закидывая затекшую левую руку вверх и назад. Пора заканчивать…Калуга, смотрю, тоже заскучал - вертит в руках бутылку, что-то там разглядывая на наклейке. Егоров, тем временем, прижав руки к груди, снова хвалит повара:

- Божественно, ну просто божественно.

Андрей, начитавшись, отставляет бутылку на стол, и Анька вносит дельное предложение:

- Ну что, может быть по кофейку?

Калугин обрадовано кивает, видимо торопится домой, я тоже не возражаю – пора праздник живота завершать:

- Да.

Но сначала необходимо расчистить стол. Приборматывая, соскакиваю с диванного поручня:

- Кстати, я сейчас посуду быстренько уберу.

Обойдя вокруг придиванного модуля, склоняюсь над столом, забирая тарелки у Наумыча и Андрея. Вадим тоже поднимается со своего места:

- А я тебе помогу!

Хорошо, значит, унесем сразу все.

Мы идем на кухню, оставляя гостям вино с бокалами. Пока Шепелев занят варкой кофе, навожу антураж, доставая чашки, салфетки, ложки и расставляя все это на извлеченный из глубин кухонной тумбы ярко-красный поднос. Наконец, все готово и мы возвращаемся в гостиную – я с подносом, а Вадим с кофейником:

- А вот и кофе!

Слегка присев, осторожно ставлю поднос на столик, и начинаю расставлять чашки. Неожиданно Егоров поднимается с дивана, привлекая всеобщее внимание:

- Ну, так получилось, что нам всем пора!

Как это? Куда? Шепелев тоже не понимает:

– Что, прямо всем сразу?

Голос Егорова тверд:

- Да! Вот у Андрея дочь одна дома.

Ну, с Калугиным понятно и я неуверенно соглашаюсь:

- А-а-а… А Аня?

- А-а-а, Аня… Решила, вот, меня проводить, за что ей огромное спасибо.

Сомова неохотно встает, а Калугин крутит головой, посматривая то на шефа, то на меня. Похоже, уходить ему совсем не хочется и Наумыч специально выпроваживает его на улицу.