Василиса и Кощей

И салфеточками. Но отсутствие лишних денег приходится прикрывать показательной любовью к минимализму. Вместо двух десятков всяких электрических штучек на моей кухоньке имелся только чайник и плитка. Все остальное приходилось делать руками. Не было и уютной мягкой мебели, так что есть вкусности и пить чай мы сели за самый обычный столик на самый обычный гобеленовый диванчик.

- Рассказывай! – велела Таня. – Мне страшно интересно.

И я рассказала. Ничего не утаила. И стала ждать отповеди от подруги.

- Ва! Вот так приключение у тебя ожидается! – обрадовалась девушка.

– Невероятно!

- Думаешь?

- Конечно! – Татьяна неистово закивала. – Подумай сама. У тебя появилась такая возможность.

Вскоре подруге удалось меня убедить, и я сама загорелась идеей.

Да, теперь я выглядела странно. Даже немного пугающе. Но зато могла ни о чем не беспокоиться. Я могла быть собой, делать самые безумные вещи, даже опозориться по всем фронтам. И все это не важно, ведь через какое-то время моя внешность изменится, вернется к прежней.

И мне не придется стыдиться и переживать, что кто-то меня узнает.

- Василис много. Даже Веселовых, - отмахнулась Таня. – А твоя нынешняя внешность так отличается от настоящей, что никто и никогда не заподозрит в тебе ту красавицу, которой ты являешься!

Я улыбнулась, успокоилась, и мы приступили к поеданию тортика.

На следующий день, не растеряв этот настрой, я собрала вещи и отправилась в свое самое странное приключение в жизни. Сидя на заднем сидении возле Мирослава, я улыбалась, отвечала Кириллу и чувствовала себя невероятно расслабленной.

Я могла не думать о том, как выгляжу – бесполезно ведь, краше не стану! Могла не переживать о том, чтобы кого-то изобразить – не удастся ведь очаровать окружающих улыбками и дрожащими ресницами!

Потрясающее ощущение!

Танька каждые несколько минут спрашивала о происходящем, так что приходилось отвлекаться на сообщения, при этом ловя хмурые взгляды сидящего рядом Ярового.

Я даже про себя посмеивалась над Мирославом, не чувствуя и тени обиды.

Прежде я посчитала бы его куда симпатичнее и интереснее Кирилла, но лишь теперь иначе взглянула на подобный тип мужчин.

Мир был из тех, для кого внешность гораздо важнее внутреннего содержания. Высокий и статный, с приятным мужественным лицом, он с сомнением на меня косился, безуспешно пытаясь скрыть свои истинные эмоции. Я его не осуждала. Мне даже понравилось, что неудача позволила иначе взглянуть на людей вокруг.

Кирилл на фоне Мирослава определенно терялся.