Сделка на жизнь

Злость уже совершенно улетучилась, и демон теперь не имел ни малейшего представления, как исправлять то, что натворил. Ведь души людей он еще сможет забрать, пускай для этого и придется повозиться, а вот как теперь исправлять отношения с собственной ученицей — вопрос хороший. — Я не должен был на тебе срываться. Извини.

Илис на это тихо всхлипнула и поджала губы, неловко поведя плечами.

Что ж, Рейкиэль и не требовал от нее сиюминутного прощения. Сейчас, немного остыв, он прекрасно отдавал себе ответ и в том, что натворил, и в том, что вполне мог выместить злобу на чем угодно другом вместо собственной ученицы, и даже в том, что Илис теперь может его ненавидеть, и это будет вполне справедливо.

Чуть позже, когда Илис уже лежала в постели с перебинтованными спиной и крыльями, Рейкиэль сидел рядом с ней и осторожно неловко перебирал пряди ее волос. Илис дремала, устроившись под боком учителя, кажется, вполне доверчиво, как и раньше. Вот только вздрагивала от каждого его прикосновения даже во сне и порой сворачивалась во все более и более тугой комок под одеялом.

И, замечая это каждый раз, Рейкиэль корил себя за совершенную ошибку. За то, что поступил как молодой глупый демон, вместо того чтобы если не отнестись рассудительно сразу, то хотя бы сорваться и сжечь диван, а не избивать ученицу.

— Прости… — в который раз тихо попросил Рей.

Он не знал, почему никак не может перестать извиняться — для демонов это вообще не свойственно. Но к Иррилис он чувствовал уже довольно давно тепло какого-то очень странного характера, которое никак не мог осознать.

И очень не хотел, чтобы она ненавидела его или боялась.

— Ты повторил это уже раз десять за последние несколько часов, — полушепотом вдруг отозвалась Илис, не открывая глаз. Рейкиэль вздрогнул и склонил голову, чтобы посмотреть ей в лицо. — Но ты ведь понимаешь, что это совершенно ничем не поможет и ничего не исправит, да?

— Но ты могла бы… хотя бы сказать, что исправит, — глухо отозвался Рейкиэль, мягким движением руки убирая прядь волос с лица девушки.

Илис только поджала губы на этот жест и все же открыла глаза.

Несколько мгновений она рассматривала его лицо и глаза, невольно подмечая, что в то время, как все ее раны он осторожно обработал и перевязал, сам толком себя в порядок не привел. На щеке так и осталась ссадина от первого удара демонолога, бровь рассечена и, кажется, немного кровит. Что ж, кажется, он и правда беспокоился о ней и этой ситуации с плетью больше, чем она думала.