Проводник

Слезы ослепляли девушку, были слышны ее частые всхлипывания. Она старалась из-за всех сил, чтоб не упасть тут на подстил в рыданиях. Слепо шаря одной рукой в поисках разлетевшихся пуговиц, другой рукой она придерживала на груди полы разорванной кофточки. Ее раздражало присутствие стоящей по ту сторону двери женщины, хотелось остаться сейчас одной.— Дай-ка мне сюда свои вещи, я починю и принесу,—женщина казалось чувствовала себя виноватой, раз предлагала свои услуги.— Я… мне жаль что так вышло, не стоило мне кричать в тот момент об этом.

Но кто ж знал что этот пёс там стоит и слушает. А ты тоже хороша, подошла ко мне под горячую руку. Давай же поскорей, пока я не передумала.

Девушка посмотрела на теряющую терпения женщину. Похоже это было не в ее правилах, прогибаться перед кем бы то не было. Да и в ее положении, теперь обижаться на кого-либо тоже не было смысла. Тем более на того, кто похоже искренне расскаивался и был готов помочь.

Вытерев слезы тыльной стороной руки, девушка быстро стянула с себя порванную вещь и протянула вместе с пуговицами в проем клетки.

— Вот возьми, ты ведь наверно мечтаешь о ванне, — женщина смочила в кадушке с водой, стоящей рядом, кусок чистой белой ткани, вытащенного из передника.—Оботрись пока я сбегаю и найду что-то подходящее тебе из одежды. Вода тут чистая не беспокойся, даже лошадь ещё не пила. За ними тут, как ты наверно заметила, ухаживают гораздо лучше чем за людьми.

Мадам Брук ушла, а Дарьяна ещё с минуту стояла и смотрела на смоченную тряпку, капли от которой капали ей под ноги.

Как женщине удалось остановить поток слёз, девушка сама не заметила. Только зачарованно смотрела на мокрую вещь.

Ванна. Она и забыла что это такое. События этих дней так выматывали ее, что она едва успевала только прикрывать глаза как забывалась глубоким, тревожным сном. О ванне и речи не могло быть. И теперь глядя на стекающуюся струйками воду, Дарьяна поняла как ей не хватает горячей, расслабляющей воды. Чтоб закрыть глаза и раствориться вместе с лопающимися пузырьками на поверхности.

Девушка качнула каштановой гривой, прогоняя мираж и принялась обтираться: проводя холодной приятной тканью от шеи, груди и лицу. Приобретя более менее опрятный вид, она задумчиво сидела, ожидая женщину и прикрывая грудь мокрой тканью.

Услышав как скрипнула входная дверь, она напряглась, боясь что вернулся ее мучитель. Но эта была мадам, она держала за пазухой свёрток. Размотав который, оказался огромной, бывшей когда-то белой рубахой.